А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Когда Пенелопа была уверена, что снова завладела его вниманием, то спокойно сказала:
— Я не привыкла, чтобы со мной говорили в такой манере, мистер Даффи.
— Не могу представить, почему, мисс Баттерворт. Ведь вы постоянно суете нос не в свои дела.
Ее каблук начал нервно постукивать по каменному полу патио, но прежде, чем она успела произнести хоть слово, он повернулся и пошел в дом. Уже открыв дверь, он оглянулся на нее:
— Вы можете остаться здесь, на ранчо. Бог свидетель, здесь полно места. Но мы не будем обсуждать ни мою покойную жену, ни ее дочь.
Только после того, как он ушел в таком раздражении Пенелопа сообразила, что Патрик относится к Джули, как к дочери Елены. Но не своей.
Любопытно…
Два часа в пути, и Джульетта снова жаждала остановки. Она не лгала, когда говорила Мику, что ездит верхом с детства. Но она никогда не проводила в седле несколько дней без перерыва.
И последняя ночь в отеле едва ли может считаться перерывом.
Мысленно возвращаясь к сцене с Энрике до того момента, когда Мик ворвался в комнату, Джульетта готова была избить себя. Вместо того чтобы бороться за свою свободу, она пятилась, как испуганный ребенок. И этому не было прощения.
Она так много мечтала о своей собственной жизни, о том как будет все решать сама. Но когда настало время защитить себя… у нее не хватило мужества. Если бы Мик вовремя не вошел, сейчас бы она скакала в «приятной» компании с Энрике.
— Ты в порядке?
Джульетта подняла глаза и увидела, что Мик вернулся назад и теперь скачет рядом, озабоченно глядя на нее. В свете восходящего солнца следы вчерашней стычки на его лице вырисовывались еще отчетливее, и Джульетта поморщилась.
«Он был избит из-за нее! Его могли убить! И все потому, что она вела себя так трусливо! Совсем не приятно узнать такое».
— Я в порядке, — огрызнулась Джули и тотчас пожалела о своем тоне.
Удивление и разочарование отразились на его лице.
— Прошу прощения, мадам!
— Прости меня, Мик, — сказала девушка со вздохом, не отрывая глаз от холки лошади, — это все потому, что, когда я смотрю на твое лицо, я становлюсь злой. — Джули подняла глаза на него.
Его губы искривились, одна бровь немного приподнялась.
— Подумать только! Это я должен злиться на тебя. Разумеется, я не тот, на кого всегда приятно посмотреть, но, насколько мне известно, ты — первая, кто приходит в бешенство просто взглянув на меня.
— Я не то хотела сказать…
— Надеюсь, что не то, потому что я все равно ничем не могу помочь.
Он усмехнулся и взлохматил волосы.
— И я не знаю, как мне сказать Шеду и Джерико, чтобы они начали носить мешки на головах. Джули слегка улыбнулась:
— Вы трое не настолько похожи, так что не стоит беспокоиться.
— Немногие могут различить нас.
— Они плохо смотрят, — она отвела взгляд и прошептала, — ты намного красивее братьев.
Мик закашлялся, но ничего не сказал. Лошади продолжали идти медленным шагом. Джули наблюдала за игрой солнечного света на листьях деревьев. При их приближении птицы взлетали, их хриплые голоса наполняли воздух.
«Почему я струсила? — спросила она себя. — Почему вела себя так глупо?»
После долгого молчания Мик спросил ее:
— Все же, как получается, что тебе становится не по себе от одного взгляда на мою рожу?
Ей нужно было облегчить душу, и она решила признаться:
— Твои синяки и ссадины после драки — как немой укор.
Он машинально тронул свой подбитый глаз.
— Дьявол, иногда мои родные братья отделывали меня и получше.
— Это не то, что я имею в виду.
— Так что, черт возьми, ты имеешь в виду?
Джули почти улыбнулась. Она уже привыкла, что Мик был рядом, и ей было приятно снова услышать, как он кричит на нее. Но его чуткость и понимание заставляли ее чувствовать себя еще хуже.
— Я имею в виду, что это из-за меня тебя так избили, — Джули быстро взглянула в его лицо и выкрикнула, не дожидаясь, пока он прервет ее. — Тебя могли убить из-за меня! А я была бесполезна.
У Мика глаза полезли на лоб.
— Что ты подразумеваешь под словом «бесполезна»?
— Я подразумеваю, что я струсила! — Джульетта сплюнула, точно само это слово было невкусным.
— Струсила?!
— Si! Когда Энрике вошел, я ничего не сделала. Ничего! — она крепче сжала поводья. — Было так, будто мое тело окоченело. Я не могла двигаться. Это вдруг стало так реально!
— Что?
— Моя бабка… Энрике… Мой отец… — Девушка задрожала. — Дон Виценте — все. Я была так испугана! Такая cobarde. — И, презрительно усмехнувшись, добавила, — в любом языке «трус» — очень уродливое слово.
Мик уставился на нее. Поводья свободно лежали в его пальцах, как будто он забыл о дороге. Надолго воцарилась тишина, нарушаемая только чавканьем лошадиных копыт по грязи.
«Трус? Струсила? Она? — Он поймал ее взгляд до того, как Джули опустила глаза, и в первый раз заметил страх, который там затаился. — Как долго она казнила подобными глупыми мыслями? — недоумевал Мик. — Ведь Джульетта была одной из самых храбрых женщин, которых он когда-либо встречал».
Трудно представить, как можно мириться с семьей, в которой Джульетта Даффи жила много лет. Однако она это делала, и ей удалось не уподобиться им. — И тут его осенило: Почему бы тебе не сказать это вслух!?»
— Я не знаю, как, черт возьми, ты можешь так думать о себе? Ты — трусиха? — он ждал, пока девушка посмотрит на него. — Ты спасла мою шкуру, ты понимаешь это?
— Да, но этого недостаточно.
— Большое спасибо! — крикнул он, и ее лошадь, отскочив испуганно в сторону, встала на дыбы. — На мой взгляд, этого было более, чем достаточно. Если бы ты не ударила Энрике, этот мерзавец запросто меня прирезал бы!
— Ты не понимаешь, — сказала она, и у Мика мурашки пошли по коже от теней в ее глазах, — я слишком долго ждала. Тебя… своего друга. Я едва могла двигаться.
«Друг!» Это слово ранило его, хотя, сказал себе Мик, ему следует быть благодарным и за это. Не ее вина, что он хотел большего.
— Не казни себя так, Джули. С моей точки зрения ты действовала великолепно.
— Нет! — девушка твердо покачала головой. — Ты слишком добр, Мик, нельзя быть таким. Есть еще Карлос, о нем нельзя забывать.
— Не беспокойся о нем.
— Теперь это уже неважно.
— Хм?
Джули глубоко вздохнула:
— Прошлой ночью, после встречи с Энрике, мне было видение.
— После встречи с Энрике? — Мик, прищурившись, смотрел на нее, не совсем уверенный, куда она клонит,
— Si. Я увидела конец этого… путешествия. Несмотря на наши усилия, я все равно достанусь дону Виценте. Я знаю, это точно, я чувствую это.
Мик сжав зубы, боролся с собой. Ему было то же самое видение, только он посчитал его ночным кошмаром. Но неважно, что они видели, этого не должно случиться. И теперь он должен убедить в этом ее.
— Этого не случится, Джули! Клянусь.
Вымученная улыбка тронула ее губы.
— Я знаю, ты стараешься, Мик. Но моя бабка слишком сильна. А мой отец не заботится о том, что со мной будет.
— Черт возьми! — он дотянулся до нее и схватил за руку, заставляя остановить лошадь.
— Посмотри на меня — приказал Мик. Я клянусь тебе, Джули. — Он отчаянно пытался заставить ее верить. — Я не позволю людям твоей бабки забрать тебя!
Она вздохнула и слегка улыбнулась.
— Джули! — накренясь в седле, Мик обеими руками сжимал ее руки, изо всех сил стараясь удержаться на своем огромном жеребце. Оказавшись в нескольких дюймах от ее носа, он отчетливо сказал:
— Я не собираюсь позволить тебе выходить замуж за дона Виценте. Ты слышишь меня? Этого не случится.
Ее верхняя губа задрожала, глаза покраснели и наполнились слезами. Она торопливо сморгнула слезы и, внезапно ее нерешительная гримаска расцвела в улыбку.
Он сделал это! Он убедил ее! Она поверила!
— Мик, — сказала Джули, ее теплое дыхание обожгло его губы. — Мик, я знаю, как ты можешь остановить мою бабку. — Она бросила на него лукавый взгляд, — у меня отличная идея!
— Какая? — еще не договорив, он чувствовал, что скоро пожалеет о том, что спросил.
— Женись на мне!
— Что?!
ГЛАВА 10
Колени Мика дрогнули. Он потерял равновесие и почувствовал, что выскальзывает из седла и ничего не может сделать, чтобы остановить это. Сатана прыгнул вправо, а всадник шлепнулся на землю слева. Лошадь нервно переступила, Мик подобрал под себя ноги. И ударил ее по копыту:
— Черт тебя побери, Сатана! Отойди от меня, ради Бога!
Когда жеребец пугливо отскочил в сторону, Мик все еще сидел там, куда приземлился и таращился на Джули. Девушка спустилась с лошади, обошла ее и села рядом.
— Не повторишь ли ты это еще раз?
— Конечно, — сказала она, улыбаясь еще шире: Женись на мне.
Это снова повторилось. Спокойствия как не бывало. Его сердце бешено забилось, кровь застучала в висках. Рот Мика несколько раз беззвучно открылся и закрылся. «Черт ее побери, как она додумалась до этого?!»
— Ты говоришь глупости. — Наконец пробормотал Мик и был удивлен, что еще может говорить.
— Почему это глупо?
— Нам? Пожениться?
— Si. Если мы женаты, дон Виценте не может заставить меня выйти замуж за него! Это лучший выход.
— Нет, я не женюсь.
— Но, Мик…
— Нет, мадам. Это безумие. Я сказал: я не могу жениться на тебе!
Джульетта сидела выпрямившись, положив руки на бедра, по-индейски скрестив ноги.
— Я такая ужасная женщина?
— Нет…
— Ты считаешь, что я уродина?
Мик едва мог соображать и только промямлил:
— Не-е-ет.
— Тогда, почему ты не хочешь жениться на мне?
— Прекрати болтать!
Он вскочил на ноги и протянул руку, помогая ей встать. Затем отступил назад, но Джули подошла ближе.
— Мик, — продолжала девушка, и он видел, как она загорается собственной идеей, — как замужнюю женщину меня никто не сможет заставить сделать то, чего я не хочу.
Мик попятился.
— Это безумие, Жу-лет-та! — высоко подняв руки и качая головой, он попросил: Прекрати говорить глупости! Я не могу жениться на тебе.
— Да почему?
— Потому что…
Он судорожно искал убедительную причину.
«Господи! Неужели эта женщина не понимает, что делает с ним? Сама мысль о том, что она станет его женой, заставляла его тело трепетать так, что это было заметно со стороны. Боже мой! Мик Бентин? Жениться на Джульетте Даффи? Со всем ее великолепным образованием, правильной речью, красивой одеждой и всем прочим! Дьявол! нет!»
— Да просто потому!
Джули вскинула голову и обиженно посмотрела на него.
— Ты не сделаешь это для меня, как мой друг?
«Друг? Ха! Друзья помогают тебе дома, когда ты выпьешь лишнего. Они принесут тебе ужин, если ты болен. Они разделят с тобой радость или горе. Но будь уверен, они не женятся на тебе!»
— Нет!
Джули презрительно фыркнула и спросила:
— Отлично; тогда, может быть, ты женишься на мне, если я заплачу тебе за это?
Мик не мог поверить в то, что слышал. Он потряс головой, стукнул себя кулаком по лбу и уставился на нее, совершенно ошарашенный.
— Заплатишь мне? — Мик так сильно пнул камень, что тот перелетел через тропу и скрылся в кустах напротив. Затем, словно опомнившись, заорал:
— За кого, черт возьми, ты меня принимаешь, женщина?
— Я уже больше не уверена!
— Как это понимать? — Он сделал полшага к ней и замер. — Ну-ка ответь: брал ли я хоть раз у тебя деньги? За что-нибудь?
— Нет — согласилась девушка мягко.
— Ты чертовски права, не брал. Ты не можешь купить меня, Джули! Я не новая шляпка, и не хорошая лошадь, и даже не комната в отеле!
— Но я подумала, что, если ты не хочешь сделать это как друг, то, может быть, ты сможешь воспользоваться деньгами за это. Для твоего ранчо. Для твоей семьи. Хелли и Риттеру не помешали бы деньги.
Сквозь красную пелену гнева Мик разглядел ее лицо. Как ей удавалось выглядеть одновременно гордой и такой умоляющей? Он догадывался, чего ей стоило попросить об этом. Но это нисколько не умоляло колкости в ее словах.
— Моя семья может сама позаботиться о себе! Мы это и делаем все время. Мы не нуждаемся в богатой даме, бросающей нам подачки, как будто мы стоим на дороге и просим милостыню!
— Это не то, что я имела в виду.
— Ты бы, черт тебя подери, получше думала, прежде чем говорить, женщина. Потому что у меня нет ни времени, ни терпения разбираться, что ты имеешь в виду!
Его грудь работала, как кузнечные меха. Голова трещала от боли, он был не в себе.
— Не можешь ли ты думать о женитьбе, как о работе? — вкрадчиво спросила она.
— О работе?
— Si! — Джульетта сделала шаг к нему, затем в раздумье остановилась. Она смотрела на свои переплетенные пальцы, боясь поднять на него глаза. — Мы будем женаты ровно столько, сколько потребуется, чтобы убедить моего отца и бабку, что я для них недосягаема. В это невозможно поверить!
«Она все еще пытается убедить его. Господи! Это, должно быть, самая упрямая женщина на свете!»
— Затем, — продолжала Джули, — мы поедем в Техас вместе…
— А потом куда? — Мик не мог остановиться. Он должен выяснить, как далеко заходят ее планы.
— Куда-нибудь. — Она пожала плечами и развела руками. — Ты, наверное, захочешь вернуться домой. Может быть, ты разрешишь мне скакать с тобой до твоего ранчо. Затем я смогу отправиться с Монтану.
— Опять к твоему другу?
— Si.
— А затем что?
— Затем мы разведемся.
— Как раз то, что надо.
— Si. Мы снова будем свободны, чтобы жениться на том, кого выберем.
Мик уставился на нее.
— Конечно, — сказала девушка осторожно, боясь его вспыльчивого характера, — ведь будет же польза от дополнительных денег для вашего ранчо?
Он крепко сжал зубы. Его разозлило то, что Джули считала его дом недостаточно хорошим. «Для чего, она думает, им нужны деньги? Чтобы накупить дорогих картин или нанять пару слуг, которые будут подавать им кофе? Его дом — само совершенство! Может быть, он не был таким модным, как те ранчо, к которым она привыкла… Но, по крайней мере, никто из них не хотел убежать оттуда, как из тюрьмы».
Все верно, но его внутренний голос нашептывал ему, что в мире есть вещи, на которые можно потратить деньги. Например, заплатить по той банковской закладной, которую им пришлось взять пару лет назад. Или, к примеру, купить двух или трех хороших кобыл, чтобы внести свежую кровь в их племенное стадо.
Нет. Все это ерунда. Неважно, что Бентины нуждаются, они найдут способ преодолеть это. Всегда находили. И делали это без женитьбы на ком попало!
Все это уже вертелось у него на языке, когда он увидел ее глаза. Страх, который уже почти исчез, снова появился в них. Джули кусала губы, а руки ее были сжаты в кулаки так крепко, что суставы выделялись белыми пятнами на смуглой коже.
«Разве можно обвинять ее в том, что она пытается найти способ спастись? Особенно после встречи с Энрике, если тот, другой человек ее бабки, хотя бы наполовину такой же бандит, как первый, то он, Мик Бентин, имеет право защищать ее, используя любой шанс.
Но если поступить так, как она хочет, то кем он станет? Мужчиной на содержании? Охотником за удачей, женившимся на несчастной девушке из-за ее денег? Нет, это будет не просто одолжение.
Ха! — Мик метнул быстрый взгляд на нее, — неважно, что она подумает, но только не деньги будут причинной его женитьбы на Джульетте Даффи. Дьявол, о чем он думает? Неужели он начал думать об этом?»
Мик потер бороду и попробовал логически рассуждать. Это было очень нелегко, пока Джули смотрела на него своими большими голубыми глазами.
«Ведь есть на свете вещи намного хуже, чем быть женатым. И она говорит, это совсем ненадолго. — Мик со злостью потряс головой, чувствуя, что становится таким же сумасшедшим, как его подружка. — Если он женится на ней, то будет чистым безумием отпустить ее!»
Кобыла Джули вдруг повела мордой, негромко заржала и возбужденно заплясала на месте. Инстинктивно Бентин потянулся за уздечкой и успел схватить ее, пока лошадь не отскочила. Он взглянул на своего жеребца и увидел, что тот насторожился. Уши Сатаны стояли торчком, конь бил копытом, как будто собирался сорваться с места диким галопом.
Мик быстро вытащил винтовку из седельного чехла Джули и стал внимательно оглядываться. За деревьями что-то было. Что-то, что испугало лошадей. Черт побери, он был слишком занят спором, чтобы обращать внимание на то, что происходит вокруг.
— Что это?
— Чш-ш! — Мик махнул рукой и, схватив Джули, оттащил ее назад, за себя. — Я не знаю, — прошептал он, — но что-то не в порядке. Лошади не будут себя так вести без причины. Стой тихо!
Во рту пересохло, мысленно ругая себя за невнимательность, Мик всматривался в тени по сторонам от тропы. Его острый взгляд прощупывал каждый кустик, каждое дерево, каждую кочку в поисках спрятавшегося врага. Несомненно, это должен быть враг. Что-нибудь дружелюбное уже показалось бы.
Наконец, он услышал что-то и замер на месте, слегка приподняв голову, стараясь опознать шум. До него доносилось низкое ворчащее сопение. Если он прав, то дела их плохи.
— Доспорились! — прошептал Мик скорее себе, чем Джули.
— Что случилось? — донесся сзади ее голос. Он слышал ее настороженное дыхание и готов был убить себя за то, что из-за него девушка попала в беду. Так увлечься своими обидами, чтобы не заметить опасности, когда еще можно было убежать! Такая возможность у них была еще минуту назад.
Быстро обернувшись, Бентин схватил ее, подтащил к ближайшей сосне и велел забираться повыше.
— Что случилось, Мик?
— Ты слышишь меня, черт побери; двигайся! — Ои всунул ей в руки винтовку и поднял до первой ветки. — Там медведь. Совсем рядом.
Его настойчивый шепот, наконец, дошел до ее сознания, и Джули начала подтягиваться. Взбираясь на дерево, она прошептала:
— Если там медведь, то винтовка нужна тебе.
— Я иду вслед за тобой. Залезь как можно выше и держись изо всех сил. Может, нам повезет, и медведь не заметит нас.
Мик бросил озабоченный взгляд через плечо. Сейчас он многое бы отдал, чтобы достать свой дробовик из седельной сумки.
— А лошади?
Мик нахмурился.
— У них больше шансов, чем у нас. А теперь лезь!
— Мик! Смотри!
Даже ожидание того, что ему предстоит увидеть, не подготовило его к тому страху, который, как электрический разряд, пронзил тело. Не более чем в пятидесяти ярдах от них огромный гризли, тяжело ступая, пробирался через кусты на тропу.
Мик услышал испуганное ржание Сатаны и гнедой, затем их удаляющийся топот, но не пошевелился. Казалось, он не мог отвести глаз от медведя.
Огромная голова гризли медленно повернулась в одну сторону, затем в другую. Он поднял свой нос, нюхая воздух, и Мик понял, что медвель почуял их запах.
Зверь встал на задние лапы, мотая головой, и вызывающе зарычал. Его огромные передние лапы рассекали воздух, будто показывая человеку, что эти длинные когти сделают с ним.
Волосы на голове у Мика встали дыбом от жуткого оглушающего рева.
— Мик! — Донесся до него шепот Джули. — Мик, давай!
Он не обращал внимания на ее просьбы и судорожно пытался выдумать что-нибудь, что могло бы помочь.
Гризли тем временем встал на четыре лапы и начал атаку.
Мик понимал, что не сможет залезть на дерево достаточно высоко и быстро. Единственное, что было в его силах, это увести его подальше от Джули. Он осторожно шагнул в сторону от сосны на середину тропы, затем, не спуская глаз с медведя, дотянулся до отворота мокасин и вытащил нож. Не самое подходящие оружие против зверя, который весит по меньшей мере фунтов восемьсот. Но это все, что у него было.
Животное продолжало приближаться. Его плечевые мускулы играли при каждом тяжелом шаге.
Мик знал медведей: сперва они делают фальшивый выпад: бегут несколько футов за своей жертвой, затем резко останавливаются, будто для того, чтобы показать свою силу. Но только не этот медведь.
Даже его хриплое дыхание звучало, как предупреждение. «Опасность. Опасность!»
Ближе. Его темные глаза, казалось, уже поймали его. Его сопение и рычание звучали немыслимо громко в окружающей тишине.
— Мик!
Мик не повернулся, чтобы увидеть ее. Он не мог. Крепко сжимая потертую костяную рукоятку ножа; слегка согнув колени, он приготовился к схватке со зверем.
Еще ближе. Мик уже мог чувствовать горячее дыхание животного; оно совпадало по ритму с его собственным.
Медленно тянулись секунды Мик сосредоточил все чувства на приближающемся звере, и в то же время видел солнечный луч на его шерсти, слышал, как легкий ветерок шуршит ветками сосен и, что самое невероятное, чувствовал слабый запах жасмина, доносящийся до него от тела Джули.
С сожалением Мик понял, что очень хочет жениться на ней. Настолько, насколько он нужен ей. Если он может защитить ее — этого достаточно. Или этого было достаточно. А теперь все равно уже слишком поздно.
Слишком поздно для всего.
А затем медведь бросился на него, и Мик больше ничего не помнил, кроме боли. Резкий удар бросил его на землю, словно тряпичную куклу. И теперь единственное, что он мог видеть, были зубы. Сильные челюсти животного нависли над ним, словно тот что-то кричал ему в лицо.
Мик бешено наносил удары ножом, пытаясь выкатиться из-под огромного животного. Но судьба отвернулась от него: медведь махнул лапой, и, выбитый из рук нож полетел в кусты. Женский крик слился с рычанием зверя. Мик, смирившись с неизбежностью смерти теперь молился о том, чтобы у Джули хватило ума остаться наверху и не рисковать своей жизнью. Горячее дыхание уже обдавало лицо и шею, и, инстинктивно защищаясь, он перевернулся на живот. Ему удалось прикрыть левой рукой голову и, таким образом, помешать гризли сомкнуть зубы на своей шее. Сделать что-либо еще было невозможно, и он замер в напряженном ожидании боли. Вдруг, как будто откуда-то издалека, до Мика донесся винтовочный выстрел, затем другой. Но медведь не дрогнул. Джули промахнулась, или зверь был слишком разъярен, чтобы почувствовать рану. Нужен очень точный выстрел, чтобы убить рассвирепевшее животное.
Острые, как лезвия, когти прошлись по спине и плечу Мика. Он услышал собственный, показавшийся чужим, крик и выстрел, прозвучавший как, эхо этого крика. В ответ медведь зарычал и встал на задние лапы. И в ту же минуту один за другим раздалось еще два выстрела. Как сквозь туман Мик увидел, что голова гризли дернулась, запрокинулась, и его массивное тело, перевернувшись, упало на тропу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20


Загрузка...