А-П

П-Я

 Радзинский Эдвард Станиславович - Загадки истории - 2. Загадки истории 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Что-то не верится, что ты занимался чем-нибудь дельным, — все еще сердито сказал Сойер. А он-то надеялся, что у Кристиана хватит здравого смысла. Видимо, зря.— Послушай, я еще не решил, какую из претенденток нанять на место библиотекаря. Несколько заявок звучат отлично.— Блондинки есть? — саркастически спросил Сойер.— Да, одна, но она выглядит слишком хрупкой, чтобы продержаться здесь. Хотя она-то мне и понравилась. Есть еще одна, которая, видимо, очень хочет получить эту работу. Никак не могу понять, почему она надумала поменять приличную работу в Сиэтле на Хард-Лак. Мы ведь не золотые горы обещаем.— Ну знаешь, дом и двадцать акров звучит чертовски заманчиво, — процедил сквозь зубы Сойер.— Думаешь, стоит нанять ее?— Если у нее хорошая квалификация и она хочет эту работу — конечно.— Ну и отлично. Позвоню ей, как только закончу дела.— Подожди минуту. — Сойер убрал со лба волосы. — Она хорошенькая? — Он уже начал терять веру в то, что его брат способен нанять человека, исходя из деловых качеств. Подбирает секретаршу и даже не удосуживается выяснить, что та умеет!.. Остается только молить Бога, чтобы других он нанимал, исходя из их квалификаций, а не внешности.Кристиан замялся.— Пожалуй, ее можно назвать хорошенькой, но она не сногсшибательна, как Элисон. Просто довольно миленькая. Каштановые волосы, глаза не слишком большие. Аккуратный вздернутый носик. В общем, никакого сравнения с Элисон. Та чертовски сексапильна. Подожди, стоит Джону увидеть ее… фасад, — проговорил Кристиан и хихикнул. — Представляю ее в купальнике.— Найми ее! — взорвался Сойер.— Элисон? Да я готов, но она попросила сутки, чтобы все обдумать. Я же говорил тебе.— Я говорю о библиотекарше'.— Ну хорошо, раз ты так считаешь.Сойер положил локти на стол и потряс головой.— Что-нибудь еще хочешь сообщить?— Пожалуй, нет. Я больше не буду ни с кем разговаривать. Элисон и библиотекарша, плюс еще новая учительница — получается три. Хватит для начала. Посмотрим, как пойдут дела, Я на всякий случай захвачу с собой несколько заявок, прибережем их на будущее.— Никого больше не нанимай, — прорычал Сойер. Он понимал, что говорит слишком резко, но был и в самом деле очень раздражен, и пусть братец это почувствует.— Ах да, вот что еще я хотел тебе сказать. Если Элисон согласится, она не сможет приступить к работе немедленно. Она уже договорилась с подругой поехать отдохнуть. Я сказал, что это не имеет значения. Мы так долго ждали. Лишние недели ничего не изменят.— А ты не спросил, может, ей было бы удобнее начать со следующего года?— Очень смешно! Да что с тобой, брат? Завидуешь, что ли? И есть чему. Нам давно надо было на это решиться. Встречаться и разговаривать с этими женщинами было действительно здорово. Ну пока.Трубка в руке Сойера замолчала.Эбби совсем пала духом. Она еле таскала ноги. Работу ей, конечно, не получить. Если бы О'Хэллорен хотел нанять ее, он бы уже давно позвонил.Скотт и Сьюзен, всегда хорошо чувствующие , ее настроение, уныло возили ложками по тарелкам. Казалось, все потеряли аппетит.— Кажется, я не получу работу на Аляске, — сказала она детям. Не было никакого смысла поддерживать их надежды. — Мистер О'Хэллорен — человек, который говорил со мной, — уже позвонил бы, если бы решил, что я им подхожу.— Ничего, мама, — улыбнулся Скотт, стараясь ободрить ее. — Ты найдешь что-нибудь еще.— Мне так хотелось на Аляску, — произнесла Сьюзен, и ее нижняя губа задрожала. — Я уже всем в школе сообщила, что мы собираемся переезжать.— А мы и собираемся, — сказала Эбби, понимая, что это звучит не слишком утешительно. — Просто так получилось, что мы переедем не на Аляску.— А мы можем просто когда-нибудь там побывать? — спросил Скотт. — Мне очень понравились книги, которые ты принесла. Похоже, это потрясающее место.— Когда-нибудь. — Когда-нибудь. Волшебное слово, обещающее прекрасное завтра.Зазвонил телефон. Сьюзен и Скотт одновременно повернулись, с надеждой глядя на аппарат. Никто не шевельнулся. Эбби не позволяла прерывать обед телефонными разговорами.— Автоответчик примет сообщение, — пробормотала Эбби.После четвертого звонка включился автоответчик. Все напряглись в ожидании.— Это Кристиан О'Хэллорен.— Мам! — возбужденно крикнул Скотт.Эбби стремглав кинулась к телефону и сорвала трубку.— Мистер О'Хэллорен, — задохнувшись, проговорила она, — добрый день.— Добрый день, — сказал Кристиан. — Рад, что застал вас.— И я очень рада. Вы приняли решение? — Она понимала, что это выглядит слишком настойчиво, но ничего не могла с собой поделать.— У меня есть для вас работа, если вы все еще в ней нуждаетесь.— Да, — сказала Эбби, делая детям знак рукой. Те торжествующе подняли вверх кулаки.— Когда вы сможете приступить? Эбби была уверена, что ее отпустят из библиотеки, как только она подаст заявление.— Когда вам будет удобно.— Как насчет следующей недели? — спросил Кристиан. — У меня еще здесь дела, но я договорюсь, и мой брат Сойер встретит вас в Фэрбенксе.— На следующей неделе?— А вы не успеете?— Нет-нет, успею, — быстро проговорила она, боясь, что О'Хэллорен может передумать. Она заберет детей из школы на пару недель раньше. В общем, на сборы много времени не потребуется. Еще поможет мама, а то, что они не смогут захватить с собой на самолете, можно отправить потом.— Замечательно. Увидимся в Хард-Лаке.— Спасибо. Не могу вам передать, как я рада, — сказала Эбби. — Да, пока вы не повесили трубку… — начала она, подумав, что, пожалуй, должна сказать, что привезет с собой детей. В объявлении ничего про детей не говорилось.— Я освобожусь через минуту, Элисон, — сказал кому-то Кристиан.— Простите?— Пришел человек, с которым я должен обедать, — заявил он. — Как я вам уже объяснил, брат встретит вас в Фэрбенксе. Я договорюсь, и из транспортного агентства вам позвонят насчет билетов.— Вы оплатите мой проезд?— Конечно. Зимние вещи можете не паковать. Все купите там, когда приедете.— Но…— Сожалею, но у меня нет времени ответить на все ваши вопросы, — прервал он ее нетерпеливо. — Сойер вам все расскажет.— Мистер О'Хэллорен…— Счастливо вам добраться до Хард-Лака, Эбби.— Спасибо. — Она так и не сообщила ему про детей. Что ж, узнает, когда приедет.— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я слетал за библиотекаршей сегодня вечером? — спросил Джон Хендерсон, садясь напротив Сойера. Волосы у него были вымыты, приглажены, и, похоже, он надел новую рубашку.— Да ради Бога. — Мужчины в Хард-Лаке вели себя так, словно их собиралась навестить принцесса Диана. Дюк явился утром к Бену чисто выбритый, опрятный и благоухающий лосьоном после бритья. Сойер ухмыльнулся. Следующая женщина должна была прилететь через несколько дней, и Сойер гадал, насколько же у парней хватит запала.— Ты позволишь Джону встречать библиотекаршу только через мой труп, — прорычал Дюк. — Мы все знаем, что случилось последний раз, когда он вез женщину в Хард-Лак.— Сколько раз повторять? Это не моя вина.— Прекратите. Я сам ее встречу. — Сойер с презрением отвернулся от летчиков, и его взгляд случайно упал на доску, на которой Бен обычно писал дневное меню. — Говядина по-веллингтонски? — переспросил он.— А чем тебе не нравится говядина по-веллингтонски? — вызывающе пробормотал Бен. — Я просто хочу показать ей, что мы цивилизованные люди.По мнению Сойера, из всего этого все равно ничего не выйдет. Он готов был поставить свой последний доллар, что ни одна из женщин не продержится тут зиму. Вернулось неприятное предчувствие, возникшее у него еще при первом разговоре о женщинах.— Ты поговорил с сиэтлской газетой? — спросил Бен, ставя перед ним тарелку с яичницей и тостами.— Нет, — нахмурился Сойер. Еще одна проблема. Ничего удивительного, что журналисты обо всем пронюхали и хотели сделать из этого сенсацию. Они охотились за Сойером всю неделю. Он готов был задушить младшего брата, который назвал им его имя. До того обозлился, что бросил бы трубку, не касайся разговор важных для компании дел.Сейчас, когда должна была приехать первая женщина, Сойер глубоко сожалел, что не посоветовался со старшим братом. Хотя Чарльз оставался полным партнером «Сыновей полночи», он работал инспектором в нефтяной корпорации Аляски и, случалось, не появлялся в Хард-Лаке неделями. Вот и сейчас его не было.Когда Чарльз вернется, думал Сойер, он решит, что мы все тут посходили с ума, и будет прав.— Ну по крайней мере домик готов, — с удовлетворением заметил Дюк.После того как они отдраили стены и полы, Сойер с несколькими парнями открыли большой дом и достали старую мебель. Сойер, правда, сомневался, что будет уютно спать на матрасах, которые провалялись в кладовке много лет, но Перл вместе с другими женщинами, включая жен рабочих нефтепровода, все проветрили. Они уверили его, что после небольшой починки беспокоиться будет не о чем. Все ведь было тщательно обернуто пластиком.И Сойер вынужден был признать, что домик выглядит почти привлекательно. Черная пузатая плита блестит, старательно вычищенная. На единственное окно женщины повесили занавески в цветочек и такой же скатертью покрыли грубый деревянный стол. Полки уставили продуктами, и кто-то даже пожертвовал холодильник. Узкая кровать, застеленная сияющими белизной простынями и тонким одеялом, слегка смахивала на тюремную койку, но вслух Сойер этого не сказал. Перл с подругами потрудились на славу, чтобы сделать домик как можно более уютным. Когда он заглянул туда перед завтраком, то увидел, что кто-то поставил на стол глиняный горшок со свежесрезанными полевыми цветами. Прямо рядом с керосиновой лампой и консервным ножом.Ну что ж, это все, что они могли сделать.— А как ты ее узнаешь, когда она сойдет с самолета? — спросил Бен, встав прямо против него и наблюдая, как он ест.— Я надену куртку с эмблемой «Сыновья полночи», — ответил Сойер. — Думаю, она догадается.— Повтори, как ее зовут.— Эбби Сазерленд.— Бьюсь об заклад, что она хорошенькая. У его летчиков был отсутствующий вид, они явно томились ожиданием. Сойер никогда бы не поверил, что такое возможно, если бы не видел собственными глазами.— Ухожу, а то меня вывернет от вас троих.— Ты точно не хочешь, чтобы я полетел с тобой? — с надеждой спросил Джон.— Точно. Абсолютно. — Сойеру надо было еще привезти в город почту и консервы для магазина, и он искренне надеялся, что Эбби захватит не слишком много вещей, так как собирался лететь на маленьком самолете. Там было место от силы для двух чемоданов.Взяв висевшую на стуле куртку, Сойер вышел и направился по главной улице города к взлетной полосе.До Фэрбенкса он мог бы добраться с закрытыми глазами, так часто он туда летал. Приземлившись и позаботившись о погрузке почты и всего остального, Сойер с некоторым трепетом направился в зал ожидания аэропорта.Справившись на мониторе, что самолет не опаздывает, он взял чашечку кофе и пошел к указанному выходу. Его удивило, как забит народом в это время года терминал, но потом он сообразил, что это туристы. Что ж, можно только радоваться. Туристы приносили штату деньги. Конечно, не столько, сколько нефть, но они, несомненно, способствовали процветанию экономики.Уже аэропорт должен был производить сильное впечатление на туристов. Первое, что они видели, входя туда, был огромный белый медведь, стоящий на задних лапах. Сойер и сам всякий раз испытывал что-то похожее на благоговение.Самолет приземлился. Потягивая кофе, Сойер ждал, когда пассажиры войдут в терминал. Он разглядывал каждого, кто появлялся, не зная, кого ожидать. Описание, данное Кристианом, оставляло желать лучшего. Все, что он запомнил, — это то, что она была довольно хорошенькая. Почти все женщины, которых он видел, отвечали этому определению. За исключением одной.В терминал вошла молодая женщина с двумя детьми и стала оглядываться вокруг. Маленькая девочка, не больше шести-семи лет, прижимала к груди плюшевого мишку. Мальчик, на два-три года постарше, явно нуждался в поводке, чтобы стоять на одном месте. Ребенок все время куда-то рвался.Женщина была не просто хорошенькая, решил Сойер, ее можно было назвать очаровательной. Она мельком взглянула на него. Ему понравился теплый карий цвет ее глаз и коротко подстриженные густые каштановые волосы. Понравилось, как она спокойно и ласково удерживала возле себя детей, оглядываясь при этом по сторонам, видимо, в поисках кого-то.Сделав над собой усилие, Сойер оторвал от нее взгляд и стал высматривать библиотекаршу Кристиана: каштановые волосы и решительный, чуть вздернутый носик. Он опять посмотрел на женщину с двумя детьми. Их взгляды встретились, и ее полные губы сложились в улыбку. Это не была легкомысленная или застенчивая улыбка. Она была открытой и доброжелательной, как будто женщина узнала его и рассчитывала, что он тоже узнает ее. Потом женщина пошла прямо к нему.— Здравствуйте, — сказала она.— Привет. — Боясь пропустить библиотекаршу, он все еще оглядывался вокруг.— Я Эбби Сазерленд.Сойер ошарашенно уставился на нее.— Это мои дети, Скотт и Сьюзен, — сказала она. — Спасибо, что встретили нас. Глава 3 — Ваши дети? — повторил Сойер.— Да, — сказала Эбби. Между Кристианом и Сойером О'Хэллоренами легко было заметить семейное сходство. Оба высокие, худощавые и широкие в кости. Живи Сойер сто лет назад, он наверняка был бы прекрасным наездником. Вместо этого он летает над огромным диким краем на границе цивилизации.Правда, Кристиан был чисто выбрит, а Сойер носит бороду. Темная борода идет ему. У него светлые серо-голубые глаза, слегка напоминающие глаза эскимосской лайки — любимой породы Скотта. На нем красная клетчатая фланелевая рубашка и куртка с эмблемой «Сыновья полночи». Эбби пришло в голову, что Сойер, наверное, не подозревает, какой он привлекательный мужчина.— Привет, — радостно сказал Скотт, глядя на Сойера.Летчик протянул руку, и она заметила, как потеплели его глаза, когда он обменивался рукопожатием с ее сыном.— Рад познакомиться с тобой, Скотт.— Аляска кажется такой огромной.— Так оно и есть. Здравствуй, Сьюзен, — проговорил Сойер, протягивая девочке руку. Девчушка торжественно пожала ее и с улыбкой взглянула на мать, явно довольная, что с ней обращаются как со взрослой. — Мы могли бы поговорить наедине, миссис Сазерленд? — спросил Сойер. Тепло и доброжелательность исчезли из его глаз, когда он жестом пригласил ее в зал ожидания. Он отошел ровно настолько, чтобы дети не могли слышать их. Эбби пошла за ним, не выпуская из виду детей. — Кристиан не говорил, что у вас дети, — без обиняков заявил Сойер.— Он и не спрашивал. И никакого упоминания о семье не было ни в объявлении, ни в анкете, которую он просил заполнить. Я даже подумала, что это немного странно, при том что вы обеспечиваете жилье.— Вы должны были сказать ему. — Рот Сойера осуждающе сжался.— У меня не было возможности, — попыталась объяснить Эбби спокойным тоном. — Я хотела все рассказать Кристиану, но у него не нашлось времени выслушать меня. И потом, я не думала, что это имеет такое значение…— В контракте ничего не говорится о детях.— Я знаю, — сказала Эбби, пытаясь сдержать раздражение. — Как я уже вам говорила, я заполнила анкету и ответила на все заданные мне вопросы, но ни один из них не касался членов семьи. Честно говоря, на мой взгляд, это никого не должно волновать, кроме меня. Я нанялась на работу в библиотеке и если справляюсь с работой, то…— Все верно, но…— Я действительно не понимаю, какое имеет значение, есть ли у меня семья.— А как насчет вашего мужа?— Я разведена. Послушайте, вы не возражаете, если мы обсудим это когда-нибудь потом? Дети и я совершенно измотаны. Мы приземлились в Анкоридже вчера поздно ночью, а рано утром сели в самолет в Фэрбенкс. Так что отложим разговор до более подходящего момента.Помолчав, он сухо произнес:— Нет проблем.Жилка на его виске пульсировала настолько заметно, что Эбби заподозрила, что на самом-то деле проблема была, и не малая.— Я прилетел на маленьком самолете, — ведя их к багажному отделению, сказал он, — надеюсь, багажа у вас немного.Эбби не знала, что в его понимании означает «немного». Все, в чем в первую очередь нуждались она и дети, было запихнуто в чемоданы. То, что нельзя было взять с собой, было отправлено в транспортное агентство и прибудет через месяц. Она очень на это надеялась.— Смотри, мам, — сказал Скотт, указывая на стену, где были развешаны охотничьи трофеи. Эбби содрогнулась, но сын не мог оторвать глаз от головы огромного бурого медведя с угрожающе оскаленными зубами.— Этот глупый медведь проткнул своей головой стенку, — пошутил Сойер.Скотт засмеялся, но Сьюзен, кажется, поверила, что такое действительно возможно.Когда они получили багаж, Сойер отступил на шаг и неодобрительно посмотрел на Эбби.— Вы привезли шесть чемоданов.— Ну да, — спокойно подтвердила она. — Нам понадобилось шесть чемоданов.— У меня в самолете для них нет места! Я и так пока не представляю себе, как размещу вас троих, почту и остальной груз. Вес получается сверх всякой нормы. Если бы вы дали мне знать, я бы прилетел на более крупном самолете.Эбби проглотила саркастический ответ. Она хотела рассказать Кристиану о детях, но он был слишком занят предстоящим обедом, чтобы выслушать ее. Она ничего не собиралась скрывать ни от него, ни от Сойера. И, Боже праведный, откуда ей знать, какой багаж выдержит тот или иной самолет?— Ну ладно, — нетерпеливо проворчал Сой-ер. — Как-нибудь соображу, что делать. Пойдемте.Эбби не прочь была бы чего-нибудь перекусить, но Сойер явно торопился. К счастью, Скотт и Сьюзен в отличие от матери проглотили все, что авиакомпания без зазрения совести называла едой.Они загрузили чемоданы в пикап и, обогнув аэропорт, подъехали к диспетчерской.— Это все барахло мамы и Сьюзен, — заговорщически прошептал Скотт, когда Сойер помогал ему выбраться из кабины. — Это они непременно хотели взять все.— Похоже на женщин, — пробормотал Сойер и повел их к самолету.Эбби не могла бы сказать, на что она рассчитывала, но только не на это. Она заглянула внутрь и поняла, что Сойер был прав. Там ей одной и то еле хватило бы места, не говоря уж о детях и багаже.— Тут всего три места, — проговорила она, взволнованно взглянув на Сойера. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что трех мест недостаточно для четверых.— Вы сядете рядом со мной, — распорядился Сойер, забираясь в самолет. — А детей я пристегну на одном сиденье.— А это разрешается?— Возможно, нет… южнее сорок восьмой параллели, — ответил он, — но тут мы так летаем. Не беспокойтесь, с ними все будет в порядке. — Сойер залез в кабину, извлек черную папку и кипу бумаг и запихнул их между двумя сиденьями. — Залезайте и усаживайтесь, — сказал он, — а я займусь детьми.Эбби неуклюже вскарабкалась внутрь и осторожно пробралась вперед. К тому моменту, как она наконец пристегнулась, силы оставили ее.Сойер устроил Скотта и Сьюзен на свободном месте позади нее. Одного взгляда на детей было достаточно, чтобы понять, что им не слишком удобно. Но другого выхода все равно не было.— А багаж?. — спросила Эбби, когда Сойер уселся рядом с ней.Он надел наушники, потянулся к папке и что-то записал.— Наш багаж? — повторила она.— Чемоданы не влезут. Мы оставим их тут.— Что? — воскликнула Эбби. — Это невозможно!Сойер не обратил на ее слова никакого внимания и продолжал готовить самолет к полету.— Долго нам лететь? — спросил Скотт.— Около часу.— А мне можно поуправлять самолетом?— Не сейчас, — рассеянно ответил Сойер.— А потом я смогу?— Посмотрим.— Мистер О'Хэллорен, — заговорила Эбби, набрав побольше воздуху в легкие, — пожалуйста, давайте обсудим ситуацию с багажом.— Нет. У меня контракт на доставку почты. Это куда важнее. Я не собираюсь разгружать самолет ради кучи глупых женских тряпок, которые, кстати, вам все равно не понадобятся.Эбби стиснула зубы.— Я не привезла глупых женских тряпок. И если вы будете так любезны… Сойер обернулся к Скотту:— Ты любишь собак?Глаза Скотта стали огромными.— Ну еще бы! — У него даже дух захватило. Сойер включил какие-то приборы.— Когда мы прибудем в Хард-Лак, я познакомлю тебя с Иглом.— Это эскимосская лайка?— Точно.— Правда? — Скотт так разволновался, что чуть не выпрыгнул из кресла.— Что будет с нашим багажом? — Эбби не хотелось быть навязчивой, но и допустить, чтобы с ней обращались подобным образом, она не могла. Может, кому-то это было бы неважно, но она бы предпочла приехать в Хард-Лак, имея хоть что-то, кроме той одежды, что была на ней.Сойер даже не потрудился ответить. Вместо этого он включил двигатели, дружелюбно беседуя с диспетчером. Вообще создавалось впечатление, что он со всеми, кроме нее, разговаривает вполне дружелюбно. Прежде чем Эбби успела снова запротестовать, самолет стал выруливать к взлетной полосе.И вот они уже в воздухе. Из-за грохота двигателей Эбби не слышала ничего, кроме биения собственного сердца. Она никогда не летала на таком маленьком самолете, поэтому закрыла глаза и крепко вцепилась в подлокотники, пока их бросало из стороны в сторону на пути к ясному синему небу.— Ура! — закричал Скотт. — Вот здорово! Эбби не разделяла его восторга. Ее желудок сжался, когда самолет внезапно лег на одно крыло. Она вцепилась руками в сиденье.— Господи! Да неужели нельзя лететь ровно? Все еще разговаривая с землей, Сойер взглянул на нее и ухмыльнулся.— Расслабьтесь, — сказал он. — Я не попадал в аварии уже два или три месяца.— То есть нет никаких причин беспокоиться, — прокричала Эбби, стараясь быть услышанной сквозь рев двигателей. Она посмотрела назад, не испугались ли Скотт и Сьюзен. Ничуть не бывало — совсем даже наоборот. Дети улыбнулись ей, возбужденные своим первым полетом на таком маленьком самолете. Она-то предпочла бы самолет, который ведет большая команда.Что там внизу, она не разглядела. Не до того было. Да и в предыдущем полете тоже: они все время летели в облаках. Летчик сказал им, что Маккинли, высочайшая вершина в Северной Америке, видна сверху очень недолго. Он даже пошутил, что, может, на самом деле ее и вовсе нет.Она посмотрела на Сойера. На ее взгляд, он слишком легкомысленно относится к правилам безопасности. Теперь он вытащил черную папку, засунутую между их сиденьями, и начал что-то писать. Эбби уставилась на него в недоумении. Он полностью погрузился в свою работу.На щитке начала настойчиво мигать лампочка. Сойер не поднимал глаз. Эбби ничего не знала о маленьких самолетах, но и она могла сообразить, что без причины лампочка мигать не будет.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12


Загрузка...