А-П

П-Я

 Мальшина Н. А. - Философия: конспект лекций 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ему хотелось скрыть личную заинтересованность в решении вопроса и поскорее покончить с этим делом.
— Более того, я твердо настаиваю на браке, — подхватил отец. — В мои планы не входит жизнь в изгнании на континенте. Я всегда мечтал иметь состолтельного зятя.
Джулия повернула голову в сторону Питера, уголки ее прекрасного рта вдруг исказила циничная гримаса.
— И этот Брейдер Вульф так хочет заполучить Кимбервуд, что готов посадить на свою шею безумную семейку Маркхемов на всю оставшуюся жизнь?
— Ради Кимбервуда он готов оплатить все наши долги, обеспечить нам более чем достойный уровень жизни и освободить нас от заботы о тебе, Джулия, до конца наших дней, — чопорно заявил отец, явно довольный перечисленными аргументами.
Отец и дочь с вызовом смотрели друг на друга, их противоречивые желания отражались в глубине грозно застывших голубых глаз. Глаз, которыми гордились все Маркхемы и которые воспевали поэты и мечтательные влюбленные.
Гнетущую тишину, повисшую в комнате, нарушила леди Маркхем: наконец-то насытившись, она не сумела подавить отрыжку. Джулия вздрогнула как от пистолетного выстрела.
Мать смущенно вытирала губы пожелтевшей от времени салфеткой.
— Ой, извини, дорогая. Но эти ужасные бисквиты совершенно невкусные. Я с трудом проглотила их. Роджер, думаю, нам нужно рассчитать миссис Бил. Она не оправдывает своего содержания. Мой деликатный организм не может принимать подобную несъедобную пищу.
— Не стоит беспокоиться, мама. Вы и так уже не платите миссис Бил больше года. — Джулия окинула мать изучающим, не по годам мудрым и строгим взглядом. Затем, очнувшись от неприятных воспоминаний, снова переключила внимание на отца. — Я молила всевышнего, чтобы он сделал что-нибудь и избавил меня от вас, от всех вас, включая и братьев. И вот, наконец, Господь услышал мои молитвы и послал мне долгожданное освобождение.
— Ах, так? — обиженно бросила мать, и в тон ее голосу раздраженно скрипнул паркет. — Ты всегда была странным ребенком, не таким, как все. Неужели тебе никогда не хотелось почувствовать себя членом семьи? Не думай, что я не знаю о твоем чувстве превосходства над всеми нами. Твоя бабушка избаловала и испортила тебя…
Внезапно ее перебил Питер, ощутив острое желание спасти Джулию, защитить ее. Если бы только он был свободен и мог жениться на ней!
— Джулия, но ты не обязана жертвовать собой и принимать предложение этого человека…
— Нет, черт побери, еще как обязана!
— Роджер, не богохульствуй, прошу тебя. Ты же обещал мне не повышать на Джулию голос. Как только ты начинаешь кричать на нее, все идет прахом.
— Приношу свои извинения, Луиза. Но эта девчонка и так уже довела нас до грани отчаяния и выставила посмешищем перед всем светом. Она отвергла все возможности, чтобы исполнить дочерний долг и выйти замуж за приличного человека, предпочитая убежать с каким-то солдатом!
— Гусаром, — поправила его леди Маркхем.
— Черт бы побрал эту негодную девчонку! Она даже не смогла как следует совершить самоубийство и спасти нас от позора. А теперь мы должны терпеть ее присутствие, которое просто оскорбительно. Да еще этот глупый юнец, которого прислал Вульф, пытается отговорить ее от вступления в брак!
Джулия резко взмахнула рукой, обращаясь к родителям.
— Я уже приняла решение. Все остальное не имеет значения. — Затем она повернулась к Питеру. — Брейдер Вульф очень богат, Питер? Прямота Джулии покоробила молодого человека. Слова застряли у него в горле, и он с трудом выдавил:
— Ну, я не знаю истинных размеров его состояния…
— Бедный Питер. Знаю, что мы, Маркхемы, всегда шокировали тебя своей бесцеремонностью и неразборчивостью в средствах достижения цели. Это всего лишь дурной тон, — мягко добавила она. Но это уже не важно. Я приняла решение. — Она изучающе обвела взглядом всех присутствующих и произнесла. — Брейдер Вульф. Необычное имя. — При тусклом полуденном свете, струящемся через решетчатые окна, Джулия выглядела как никогда величественно. — Есть что-то зловещее в его имени. — Она одарила Питера одной из своих знаменитых, всепокоряющих улыбок. — Я согласна на брак. Итак, когда венчание?
Не обращая внимания на конюха и дворецкого, пытавшихся остановить его, Питер бросился наперерез Вульфу, который гарцевал верхом на лошади, и судорожно вцепился в поводья. Жеребец раздраженно фыркнул и нетерпеливо затанцевал на месте, цокая копытами по влажным булыжникам двора Фолкс Холла, лондонской резиденции Брейдера Вульфа. Хозяин особняка восседал верхом на дорогом чистокровном арабском скакуне высотой более семнадцати хендов.
— Карберри, вы что, совсем голову потеряли? Немедленно отпустите лошадь и отойдите в сторону! — приказал Вульф.
— Еще никто не говорил лорду Карберри, что не располагает временем для встречи с ним.
Вульф осадил лошадь, сильно натянув поводья. — Вы пьяны, Карберри? — строго спросил он бархатистым голосом.
— Я не пьян. Питер тяжело дышал, слова вырывались изо рта с клубами пара. — Я полагал, что вам будет небезынтересно знать, желают ли вам друзья счастья.
— У меня нет друзей. И вы сами известили меня об этом, — рассмеялся Брейдер Вульф. — Но раз уж вы рисковали жизнью, едва не бросившись под копыта моей лошади, чтобы сообщить мне новости, то я готов выслушать вас. Говорите же скорее. Я опаздываю на важную встречу.
Питер ненавидел его.
— Я-то думал, что дела находят вас, а не наоборот. И я крайне удивлен тем, что вы не брезгуете и выполняете грязную работу сами.
И дворецкий, и конюх затаили дыхание, услышав оскорбительное заявление Питера, но в глазах Вульфа лишь засверкали шаловливые огоньки.
— С какой стати мне, мой любезный лорд, самому заниматься делами, если у меня есть под рукой такой искусный помощник, как вы?
— Она дала согласие, — прошипел Питер. — Пусть меня разразит гром, но она на самом деле согласилась на вашу дьявольскую сделку.
— Я и не сомневался.
— Вы заранее знали, что она согласится?
— Маркхем не постесняется продать и свою жену, лишь бы сохранить прежний образ жизни, а для этого требуется много денег. Что касается дочери, то она в его глазах вообще ничего не стоит.
— Что вы хотите сделать с Кимбервудом? Зачем вам нужно это пришедшее в упадок поместье, когда вы можете вложить деньги и в более удачные дела?
Лицо Вульфа посуровело, его темные глаза хищно сузились.
— Это мое личное дело, дорогой лорд. Наше сотрудничество завершено. Мой секретарь Хардвелл вернет вам ваши счета. Мы в расчете. Передайте нижайший поклон своей глупой и слишком экстравагантной супруге. — Он сильно натянул поводья, заставив лошадь подняться на дыбы. Питер испуганно шагнул назад.
— Вы обязаны хорошо обращаться с Джулией, — приказным тоном заявил Питер. — Мисс Маркхем стоит дюжины таких, как вы. Вы будете вести себя с ней достойным образом или…
— Или что? Что вы сделаете в противном случае? — прозвучал низкий баритон Вульфа. Он наклонился к Питеру и добавил: — Приношу свои искренние извинения, уважаемый лорд, но если мои сведения достоверны, то именно вы заключали пари, которое погубило ее. Или меня ввели в заблуждение? — Он приглушил голос. — Так сколько денег вы получили за душу Джулии Маркхем?
Вульф резко выпрямился в седле и натянул поводья.
— Я уже не смогу причинить ей больше вреда, чем причинили вы. Скажу вам больше, попросив руки Джулии Маркхем, я проявил такое великодушие, которого она Не получала за последние три года жизни ни от вас, ни от вам подобных. А теперь прочь с дороги, «любезный» лорд. Мне бы не хотелось, чтобы вы забрызгали свои начищенные ботинки грязью, находясь в обществе таких недостойных, в вашем представлении, людей, как я!
Вонзив шпоры в лоснящиеся бока жеребца, он погнал лошадь галопом прочь из маленького двора. Питер, по щекам которого текли слезы обиды, остался стоять на дороге, посылая вслед всаднику поток ругательств.
Глава II
Джулия, одетая в выходное платье из зеленой шерсти, изящно положив руки на колени, уверенно сидела в лондонской конторе адвоката Вульфа. Запахи чернил, свежепереплетенных книг, кофе щекотали ноздри; в ушах стояли назойливые жалобы родителей. Она ожидала встречи с Брейдером Вульфом.
— Mon petit chouchou. Сейчас мамочка даст тебе кое-что вкусненькое, — леди Маркхем ворковала со своим любимцем, китайским мопсом по кличке Маэстро. Мопс с явным удовольствием слизывал желе с кусочка сладкого пирога, который хозяйка взяла с подноса, любезно поданного гостям.
— Луиза, ты же знаешь, я терпеть не могу, когда ты разговариваешь по-французски с этим животным. Чертовски непатриотично говорить на французском с собакой!
— Вы, безусловно, правы, отец, — растягивая слова, подхватил Гарри, бесцеремонно устроившийся на подоконнике. Он уперся ногой в оконную раму и лениво раскачивал ее, всем своим видом выражая нетерпение, а рама пронзительно скрипела.
— Матушка уж больно расчувствовалась из-за этого проклятого животного. Ему она уделяет больше внимания, чем любому из нас.
— Гарри! Как тебе не стыдно! Это же невежливо!
— Зато справедливо! — бросил ей в ответ Гарри.
— Неправда, я всегда ставила на первое место отца и вас, детей, и только потом моего маленького Маэстро.
— Будьте так любезны, мама, избавьте меня от подобных сентиментальностей. У меня нет никакого желания, чтобы вы нянчились со мной и целовали меня, так как делаете это с проклятым куском шерсти, — Гарри брезгливо передернул плечами.
Неожиданно громкий храп прервал их разговор. Все присутствующие сначала посмотрели друг на друга, а затем взоры обратились в сторону растрепанного мужичка, который, свернувшись в маленьком неудобном кресле в углу конторы, спал более чем сладко. Гарри шепотом с ядовитой ухмылкой представил всем мистера Руфаса, сделав ударение на слове «мистер». Дальнейших объяснений не потребовалось. Маркхемы безошибочно научились узнавать любого сборщика векселей, они его нюхом чуяли. Джулии осталось лишь теряться в догадках, пытаясь найти объяснение такому дерзкому и вызывающему отношению Гарри к Руфасу и готовности родителей смириться с присутствием последнего.
— Руфас несколько часов ходил за мной по пятам, — объяснил Гарри присутствующим. Его можно было считать по-своему красивым мужчиной, но распутный образ жизни и эгоистический взгляд на все и вся нанесли ощутимый урон его внешности, сделав свое черное дело. И даже потеря большинства волос не прибавила ему ни солидности, ни респектабельности. Гарри старательно зачесывал оставшиеся редкие пряди, пытаясь скрыть лысину. Джулия обратила внимание и на подкладные плечи, которые, наряду с пробивающимся брюшком, делали фигуру брата неопрятной и громоздкой.
— Ума не приложу, зачем ему понадобилось преследовать тебя и приходить сюда, — пожаловалась леди Маркхем прежде, чем облизать пальцы, на которых после Маэстро остались кусочки желе.
— Именно здесь он-то и хотел быть, мама. Ни один сборщик долгов не поверит мне до тех пор, пока Джулия не подпишет брачный контракт с Вульфом. Но не спешите выразить свое искреннее сочувствие по поводу присутствия этого джентльмена. Прямо сейчас из окна я вижу по меньшей мере трех кредиторов, которые уже пару недель разыскивают вас.
Леди Маркхем проворчала что-то непонятное о превратностях судьбы, неблагодарности детей и назойливости кредиторов. Но затем довольно быстро утешилась угощениями с подноса.
— Должен сказать откровенно, — признался Гарри, разглядывая пухлое тело уснувшего в кресле преследователя, — мне даже начинает нравиться этот Руфас, который ходит за мной как привязанный. Он не такой уж и плохой парень для этой работы. Забавно было бы подшутить над ним или нагнать на него страху. Мы с Де Арси заключили пари, что я сумею вытрясти из Руфаса деньги до прошлой полуночи.
— Ну и как, ты выиграл? — спросил лорд Маркхем, неожиданно заинтересовавшийся разговором.
— Неужели ты думаешь, что если бы я выиграл, то рискнул бы признаться в этом в его присутствии, пусть даже он и спит?
Руфас, словно отвечая, снова всхрапнул.
— Или в твоем присутствии, — добавил Гарри, обращаясь к отцу.
— Черт бы побрал этого Вульфа. Он заставляет себя слишком много ждать. Я продрог до костей, — раздраженно повторил лорд Маркхем уже в четвертый раз.
— Может быть, я могу что-нибудь сделать для вас, леди Джулия, или для вас, леди Маркхем? — вежливо осведомился адвокат. Он с неприязнью поежился, заметив, как Маэстро опустил язык в бокал леди Маркхем, пробуя миндальный ликер.
Адвокат Вульфа, Дэниел Майерс, был сравнительно молодым человеком. Поэтому Джулия, понимая его любопытство и чувствуя на себе его пристальный взгляд, держалась подчеркнуто сухо и строго.
— Благодарю, не стоит беспокоиться, — отказалась она вступать в разговор.
— Джулия, я думаю, этот человек еврей, — прошептала девушке мать громким театральным шепотом. — Судя по его лицу, я почти уверена в этом.
— Черт бы побрал этого Вульфа! Вынуждает так долго себя ждать! — раздраженно проговорил лорд Маркхем.
— Вульф спутал все мои планы, — пожаловался Гарри, отходя от окна. — Через час я должен быть на скачках, так как поставил на лошадь в заезде от Вилкинса до Гобсона. Неужели он полагает, что нам с Руфасом доставляет удовольствие ждать его. Или он думает, что удостаивает нас огромной чести своим присутствием?
— Господа, я уверен, что мистер Вульф задерживается по очень уважительной причине. Он никогда бы не посмел нанести оскорбление таким достойным персонам, как вы. Он должен появиться с минуты на минуту. — Вежливое замечание мистера Майерса несколько оживило угасший было разговор между отцом Джулии и Гарри. А леди Маркхем в свою очередь попросила еще кусочек пирога и миндального ликера.
Девушка сжала губы, чтобы сдержать улыбку: лорд Маркхем пришел на встречу на час позже, намереваясь заставить Вульфа ждать его. Таким образом, прошло уже два часа после назначенного времени, а она все еще не встретилась со своим будущим супругом.
Итак, она мысленно поаплодировала первой победе мистера Вульфа над Маркхемами.
Но, мистер Вульф, подумала Джулия, еще не мерился силами со мной!
А она уже успела сделать первый ход и выиграть, настояв на том, чтобы сопровождать отца и брата на эту встречу. Все утро лорд Маркхем рвал и метал, пока наконец не осознал, что не может заставить дочь изменить свое решение. Однако, согласившись взять Джулию с собой, он решил, что, в таком случае, с ними должна поехать и леди Маркхем, из-за чего раздосадованная дама пришла в негодование.
— Будь я проклят, Луиза! — закричал на супругу лорд Маркхем. — Если что-нибудь испортит встречу с Вульфом, мы с тобой окажемся в долговой яме. Ты должна поехать с нами. В противном случае Вульф может подумать, что даже Кимбервуд не стоит неприятностей и хлопот, которые доставляет Джулия, и откажется от нашего соглашения.
С таким веским доводом трудно было не согласиться.
И Гарри, и мистер Майерс были крайне удивлены появлению в конторе женщин. Даже мистер Руфас старательно пригладил растрепанные кудри и, смущенный присутствием двух благородных леди, забился в угол.
Итак, Джулия гордо сидела, твердая в своем решении добиться до конца встречи от мистера Вульфа всего, чего она хотела.
Она сумела противостоять своей семье, поэтому не сомневалась, что сумеет противостоять и кому угодно. Джулия собиралась пустить в ход и свою внешность, и то немногое, что осталось ей от прежнего общественного положения, чтобы добиться успеха. Это не раз выручало ее в прошлом и, несомненно, должно было произвести впечатление на простого торговца, которому суждено было стать ее мужем. В конце концов, она по-прежнему леди Джулия Маркхем из Дейнскорта… и наследница Кимбервуда.
И вот, наконец, он появился.
Стоило Брейдеру Вульфу ступить в комнату, как он мгновенно стал центром всеобщего внимания. Его присутствие повлияло на всех. Джулия затаила дыхание. Судя по оглушительной тишине, ее семья была в такой же степени под впечатлением. Воздух вокруг, казалось, содрогался от его могучей фигуры.
Вульфа нельзя было назвать некрасивым мужчиной. Но первое слово, которое пришло на ум Джулии, едва она взглянула на жениха, — «мужественный». Вульф был во всем черном, широкие полы накидки обвивали его коренастое тело. Джулия живо представила его на ночной дороге с пистолетами в руках, обращенными на запоздалых путников: «Стой и не двигайся, или стреляю!» Да, это ему подходило куда больше вежливых слов извинений: «Уважаемый лорд Маркхем, приношу свои извинения за то, что заставил вас ждать».
Джулия вдруг поняла, почему Брейдер Вульф попросил именно Питера говорить от его имени. Питер, как никто другой, соответствовал образу благородного джентльмена из высшего общества. Если бы человек, стоящий перед ней сейчас, лично передал предложение, то, Джулия не сомневалась, даже такой лорд, как ее отец, который по уши увяз в долгах, не дал бы согласия на брак. Уже одной мощной линией широких плеч Вульф внушал страх.
Один из троих помощников мистера Майерса поспешил помочь Брейдеру Вульфу снять пальто, в то время как сам адвокат живо поднялся и с почтением предложил ему кресло у стола. Джулия с удивлением заметила, что отец покорно снес нанесенное оскорбление.
Вульф обвел присутствующих в комнате равнодушным взглядом, ни словом ни обмолвился о присутствии женщин на переговорах. Не проявил он и заметного интереса к Джулии, не сочтя нужным даже представиться ей. Но девушка была только рада этому. Она и не горела желанием привлечь внимание этих суровых темных глаз до нужного момента. Что касается Гарри и отца, то с появлением в конторе Вульфа оба они присмирели, заметно напряглись и превратились в статуи.
— А это кто, Дэниел? — спросил Вульф у мистера Майерса, кивая в сторону похрапывающего Руфаса.
— Мистер Руфас, Брейдер. Насколько я понимаю, он провел несколько бессонных ночей, — на губах адвоката заиграла слабая ироничная улыбка.
Джулия заметила, как лицо Гарри залилось краской, но он быстро взял себя в руки.
— Уберите его, пожалуйста, Дэниел, — вежливым баритоном приказал Вульф. Два помощника Майерса ретиво бросились выполнять указание Вульфа, не удосужившись даже разбудить Руфаса. Не поднимая глаз от бумаг, которые он начал перелистывать, Вульф добавил. — И собаку тоже, Дэниел. Думаю, мы справимся с делом без услуг пса.
Значит, он все-таки заметил, что Маркхемы присутствовали в комнате, подумала Джулия.
Леди Маркхем с неохотой передала своего драгоценного Маэстро в руки третьего помощника.
Звучный голос Вульфа наполнил контору: жених пункт за пунктом зачитывал вслух брачный контракт. Джулии представилась прекрасная возможность хорошенько рассмотреть человека, который должен был стать ее мужем. Определив, что ему не больше тридцати пяти лет, она вздохнула с облегчением: «Слава Богу, что хоть не такой старый, как герцог».
Его одежда была превосходного качества. Если девушка не совсем отстала от моды, то готова была с уверенностью сказать, что его высокие ботинки определенно были от Гоби, а покрой пиджака указывал на причастность к известной фирме Востока. Но манера носить одежду была у Вульфа слишком небрежной, чтобы можно было его отнести к разряду утонченных и взыскательных денди. Его длинные темные волосы естественно вились. Вульфу, вероятно, пошла бы и короткая стрижка, решила Джулия. Хотя темные волнистые пряди волос, как нельзя лучше, подчеркивали жесткую и волевую линию подбородка.
Невероятно мужественная внешность, еще раз мелькнуло в голове Джулии. И вслед за этой мыслью в глубинах ее существа пробудилось и проснулось что-то женское. Джулия с удивлением прислушивалась к рождению новых, непривычных ощущений, о которых она даже боялась мечтать после печального исхода ее романа с Лоренсом несколько лет тому назад. То ли голос, то ли мускулистая упругость мужского тела ввели ее в заблуждение, она точно не могла определить. Но знала, что двух более непохожих друг на друга по облику и манерам мужчин трудно отыскать. Брейдер Вульф был олицетворением ночи: суровый, мрачный, слегка пугающий. И прямая противоположность ему Лоренс: жизнерадостный, очаровательный, весь пылающий страстью, светящийся подобно солнцу.
Сумма, которую Вульф обязался передать ее семье, ошеломила даже ненасытных Маркхемов, хотя, судя по первому впечатлению, которое сложилось у Джулии, он не походил на щедрого человека.
Словно подслушав ее мысли, Вульф подтвердил справедливость этого впечатления, когда, подняв глаза на лорда Маркхема, ровным и жестким голосом добавил:
— Принимая во внимание тот факт, что я оплачиваю все ваши настоящие долги, обеспечиваю вам и вашей жене содержание в размере четырех тысяч фунтов стерлингов в год и каждому вашему сыну еще по одной тысяче ежегодно, советую вам не испытывать мое чувство юмора. Все последующие долги, выходящие за рамки указанных сумм, будут лежать на вашей ответственности. И даже если вы попадете в долговую тюрьму, я не обязан буду спасать вас.
Лорд Маркхем кротко, кивком головы, согласился. У матери и брата хватило здравого смысла удержаться от возражений и реплик.
— В таком случае, уважаемый лорд, раз все изложенное в соглашении устраивает обе стороны, давайте поставим свои подписи под ним и перейдем к вопросу о передаче собственности.
Он ни словом ни обмолвился о браке!
На долю секунду мужество покинуло Джулию. Бросив взгляд на свое обносившееся, устаревшего фасона платье, она едва сдержала слезы. Но мгновенно напомнив себе, что она по-прежнему Джулия Маркхем, девушка собралась с духом. Пусть другие слезно высказывают свои желания, но Маркхемы никогда не боялись риска и умели ждать.
Как только отец взял перо, чтобы начертать подпись под договором, Джулия решительно поднялась на ноги. Звук передвинутого по деревянному полу кресла как по команде привлек всеобщее внимание.
— Одну минуту, пожалуйста. Мне нужно кое-что обсудить с мистером Вульфом. Наедине.
Гарри, не стесняясь, выругался. Леди Маркхем тяжело вздохнула. Лорд Маркхем обратил на дочь взгляд, полный немой ярости и обещающий массу неприятностей по возвращении домой.
Вульф посмотрел на Джулию. Девушка смутилась, ее колени задрожали. Она стиснула в отчаянии руки, стремясь изо всех сил сохранить спокойствие и самообладание.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25


Загрузка...