А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Так нет же, вы трое в один голос, как хор в греческой трагедии, снова и снова твердили мне одно и то же, пока я в конце концов не поверила. Я тебе поверила, будь ты проклят! Я позволила тебе отправить мою девочку в это ужасное заведение!Заметив движение Ноэль, Квинлан быстро отошел в сторону. Женщина рванулась вперед и до того, как Бидермейер успел хотя бы попытаться увернуться, ударила его кулаком в челюсть.Он отшатнулся в сторону каминной доски. Ноэль, тяжело дыша, отступила.– Мерзавец! – прошипела она. Потом резко повернулась к Скотту.– А ты? Ты, злобное ничтожество, почему ты так поступил с моей девочкой? Сколько мой муж заплатил тебе за это?Салли поднялась с дивана и медленно подошла к матери, обняла ее за плечи и уткнулась лицом в волосы.– Спасибо, мама. Спасибо тебе. Надеюсь, что до того, как все это кончится, я сама смогу как следует врезать Бидермейеру.Салли вытерла повлажневшие ладони о брюки.Она испытала такое облегчение, что у нее даже во рту пересохло.Когда она повернулась к Скотту, на лице появилась настоящая улыбка.– Я развожусь с тобой. Это не займет много времени, потому что мне от тебя ничего не нужно. Мой адвокат пришлет тебе бумаги сразу же, как только я смогу это устроить.– Ты – ненормальная. Ни один адвокат не обратит внимания на твои слова.– Если вы сделаете в ее сторону хотя бы один шаг, мне придется вас просто убить. Или, может быть, я отдам вас Ноэль. Взгляните на бедняжку Нормана – у него из губы течет кровь. А знаете, пожалуй, мне понравится считать Салли вдовой.Квинлан не спеша приблизился к Скотту Брэйнерду, отвел назад кулак и с размаху двинул его в живот.– Это от Салли, Ноэль и от меня лично. Скотт взвизгнул и, схватившись за живот, согнулся пополам, судорожно ловя воздух.Потирая костяшки пальцев, Квинлан повернулся к Салли. Ему страшно хотелось добавить Скотту Брэйнерду еще, но он понимал, что это будет не спортивно.– Салли, одна из моих невесток – как раз адвокат. Она займется твоими бумагами о разводе. Думаю, будет несложно разорвать узы с этим слизняком. На это уйдет полгода. Может, мне стоит его убить? Скотт, вы не хотите предпринять попытку к бегству? Ах да, господа, я забыл вам сообщить, что ФБР завершило работу над бухгалтерскими книгами в фирме Эймори Сент-Джона. Оно над ними немало потрудилось. Это и есть истинная причина того, почему ФБР вообще занялось этим делом. Вопрос довольно деликатный, поэтому до поры до времени он держался в секрете, но сейчас не вижу причин, почему бы не поставить вас в известность.Продажа оружия в страны вроде Алжира, Ирака или Ливии – что ж, мы действительно не приветствуем подобные трюки. И, должно быть, именно это, Салли, является второй причиной, почему твой отец и муж пожелали запрятать тебя подальше. Очевидно, они считали, что ты можешь сообщить о них нечто изобличающее их как предателей.– Но я же никогда ничего такого не видела, – удивилась Салли. – Значит, Скотт, все дело в этом?– Нет, черт возьми! Я не имею к этому никакого отношения.– А знакомство с Салли – его подстроил Сент-Джон? И он заставил вас жениться на своей дочери?– Нет, это не правда... Ну хорошо, я действительно согласился отправить Салли в больницу. Но только потому, что я думал, она в самом деле больна.– Интересно, Скотт, почему тебе пришло в голову, что я ненормальная?Он помедлил, махнув в сторону Салли своей трубкой.– Ты была плохой женой, Салли. Твой отец клятвенно заверял, что карьера была для тебя способом чем-то занять себя до замужества. Он говорил, что ты похожа на свою мать, женщину, которой в жизни по-настоящему нужен только муж, который бы о ней заботился, и дети, которыми бы занималась она. Мне хотелось, чтобы жена оставалась дома и ухаживала за мной, но тебе это не нравилось. Ты была мне нужна, чтобы помогать, понимать – но нет. Тебе ни разу не захотелось остаться ради меня дома.– Но от этого она не становится сумасшедшей, Скотт, – возразил Квинлан.– Я отказываюсь дальше обсуждать эту тему, – заявил Скотт.– Интересно, почему меня не удивляет, что Эймори был предателем? – воскликнула Ноэль. – Но меня действительно это не удивляет. Раз так, то возможно, в конце концов Салли его и не убивала? Может быть, его прикончил один из его преступных клиентов. Какая жалость, что его убийцей был не Скотт. Так вот ты каков, Скотт, сентиментальное ничтожество!«Очень хорошо, – отметил про себя Квинлан, – она пытается найти другой способ объяснить убийство мужа». Он был доволен своей работой и рад за Салли.– Да, он был предателем, миссис Сент-Джон, – сказал он. – Итак, вы говорите, что вошли в комнату вместе со Скоттом и застали Салли в буквальном смысле стоящей над трупом, с дымящимся пистолетом в руках?Ноэль задумалась. Ее лоб пересекли хмурые морщины, губы чуть шевелились.– Да, это так, но Салли объяснила, что услышала выстрел и прибежала, а пистолет подняла с пола. Она сказала, что пришла попросить у меня денег и собиралась тут же уехать.Квинлан достал из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок бумаги, развернул его и пробежал глазами.– Это заявление, которое вы сделали полиции, Ноэль. Здесь нет ни единого упоминания о Салли. К сожалению, сосед сообщил, что видел, как Салли выбегала из дома. Это правда, что в ту ночь вы были со Скоттом? Вы действительно вместе вбежали в кабинет, где застали Салли над телом Эймори Сенг-Джона?Скотт яростно швырнул трубку на каминную полку, и она с громким стуком ударились о твердую поверхность полированного мрамора, – Черт бы вас побрал! Конечно, я действительно был с Ноэль! Мы весь вечер были вместе.Скотт все еще время от времени потирал живот, и от этого настроение Квинлана улучшалось еще больше.Он опять повернулся к Ноэль.– Рад слышать, что вы пытались уберечь Салли. Но честно говоря, у меня были сомнения, не участвовали ли вы во всей этой истории с самого начала заодно с этими благородными джентльменами.– Что ж, за это я вас не виню, – вздохнула Ноэль. – Можно подумать, что я была с ними заодно. Но это не так. Я была просто глупой.Салли улыбнулась матери.– Знаешь, мам, я тоже была дурочкой, да еще какой: я же вышла замуж за Скотта. Только взгляни на него получше!– Послушайте, что я вам скажу, Ноэль. Только очень плохая женщина способна выступать против собственной дочери после всего, что она пыталась для вас сделать с тех самых пор, как ей исполнилось шестнадцать. Она ведь была тогда всего-навсего девчонкой, почти ребенком – и тем не менее пыталась вас защитить! Поэтому я хочу услышать, что это не правда, что вы не убивали своего мужа. Скажите мне, что не вы убили этого монстра, который издевался над вами многие годы.– Я его не убивала, не убивала! О Боже, Салли, ведь ты мне веришь, правда? Ты не считаешь, что я убила твоего отца, скажи, что не считаешь!Салли не колебалась ни секунды. Она обняла Ноэль.– Я тебе верю, мама.– Но это еще далеко не все, Салли, – мягко сказал Квинлан. Он говорил ровным, но уверенным голосом. – Пришло время разобраться во всем до конца. Я хочу, чтобы сейчас ты попыталась вспомнить. Посмотри на Ноэль и вернись мысленно к той ночи.Салли немного отстранилась, не сводя с матери глаз. Потом медленно повернулась к Квинлану.– Сейчас я очень ясно вижу эту картину: отец лежит на полу, прямо на этом самом месте, вся грудь у него в крови... Мне очень жаль, Джеймс, но больше я ничего не помню.– Ноэль говорила, что у тебя в руке было оружие. Подумай, Салли. Ты не помнишь, каким образом оно у тебя оказалось?Салли энергично замотала головой, потом опустила глаза, тупо разглядывая свои коричневые ботинки.Квинлан подсказал:– Это был старинный пистолет «рот-стейр». Вероятно, твой отец купил его у какого-нибудь старого англичанина, ветерана первой мировой войны. Это довольно неуклюжее оружие длиной около девяти дюймов.Салли медленно подняла голову, отошла от Квинлана и направилась к тому самому месту, где обнаружила тело Эймори Сент-Джона – к пятачку на полу перед огромным письменным столом красного дерева.– Да. Я вспомнила этот пистолет. Это была его гордость. Английский посол подарил ему это оружие в семидесятые годы за какую-то особую услугу. Да, теперь я ясно вижу! Припоминаю, как я подняла пистолет с пола, помню, как я его держала. Помню, я еще подумала тогда: какой же он тяжелый! Он оттягивал мне руку. А еще помню, что он был горячий на ощупь, как будто им только что пользовались.– Да, он тяжелый. Эта пушка весит больше трех фунтов. Ты смотрела на него, Салли?Салли стояла сейчас рядом с ним, но ее здесь не было. Мысленно она была далеко и от Квинлана, и от всех них. Джеймс знал, что она вспоминает, собирает воедино разрозненные кусочки мозаики. Дело шло медленно, но он верил, что она справится.– Он горячий, Салли, – подсказал Квинлан. – Он обжигает тебе руку. Что ты собираешься с ним делать?– Помню, что я обрадовалась, – хорошо, что этот подонок мертв. Подлец, он все эти годы истязал Ноэль, вот наконец и поплатился за это. Он . всегда делал только то, что хотел, именно то, что хотел. Он меня просто достал! И вот справедливость восторжествовала – в первый раз! Да, точно! Помню, именно так я и подумала: ты мертв, мерзавец, и я рада. Теперь мы все от тебя освободились. Ты мертв!– Салли, а ты помнишь, как вошла Ноэль?Помнишь, как она закричала?Салли напряженно смотрела на свои руки, сгибая и разгибая пальцы.– Какой горячий пистолет! Я не знаю, что с ним делать. Теперь я тебя вижу, Ноэль. Да. А рядом с тобой Скотт. Но вы оба в пальто. Значит, вас не было дома, вы пришли с улицы. Здесь был только отец, больше никого.Ты начала визжать, Ноэль. А Скотт – Скотт палец о палец не ударил. Ты смотрел на меня так, словно я дикая собака, словно ты был бы рад меня пристрелить.– Мы думали, что ты его убила, – вмешался Скотт. – В ту ночь он вообще не должен был быть дома. Предполагалось, что Эймори в Нью-Йорке, но он неожиданно вернулся. Ты схватила пистолет и застрелила его.Но Салли только покачала головой. Она не казалась испуганной – скорее, просто задумчивой. Она нахмурила лоб.– Нет. Помню, когда я добралась до дома, то первым делом попыталась войти через парадный вход. Я не ожидала, что дверь может быть открытой, но она действительно оказалась не заперта. В тот же миг, когда я повернула ручку, раздался выстрел. Я прибежала сюда: отец лежал на полу, грудь залита кровью. Я помню... – Салли остановилась, напряженно хмурясь. Потом она закрыла глаза и прижала ко лбу кулаки. – В голове такой туман, все так расплывчато... Это все проклятые препараты, которыми вы меня пичкали! Господи, за одно это я готова вас убить!Квинлан усмехнулся.– Бидермейер сейчас попал в такую передрягу, Салли, что убить его в данный момент – это только значит помочь ему легко отделаться. Мечтаю увидеть, как он спустит все свои деньги на адвокатов, а в результате до конца своей жалкой жизни будет гнить в тюрьме. Не беспокойся о нем. Итак, все в тумане, но ты помнишь. Что ты видишь?Салли уставилась туда, где было тогда распростерто тело – руки раскинуты по сторонам, ладонь правой обращена кверху. Кровь. Много крови. Как много было крови! Ноэль сменила ковер в комнате. Но было еще что-то странное, нечто такое, чего она никак не могла ухватить, что-то... Вот оно!– В комнате был кто-то еще! – воскликнула Салли. – Да, был еще кто-то.– Как у тебя в руках оказался пистолет? Она ответила сразу, без колебаний:– Он лежал на полу. Тот человек как раз наклонился, чтобы его поднять, и в этот момент в комнату вошла я. Он очень быстро выпрямился и побежал к окну.Салли медленно повернулась и посмотрела на высокие, от пола до потолка, окна, которые выходили на патио. Между их домом и соседским росли высокие кусты и стоял забор.– Ты уверена, что это был мужчина?– Да, уверена. Я видела его руку, когда он поворачивал защелку окна. Он был в перчатках – черных кожаных перчатках.– Ты видела его лицо?– Нет, он...Салли застыла. Она вдруг закачала головой.– Нет, – прошептала она, глядя на окна-двери. – Это невозможно, этого просто не может быть.– Ты его видела, Салли? – голос Квинлана прозвучал твердо и неспешно.Она посмотрела на Квинлана, потом на мать, потом на Скотта и, наконец, перевела взгляд на доктора Бидермейера.– Знаешь, Джеймс, возможно, они в конце концов оказались правы. Наверное, я сошла с ума.– Кто это был, Салли?– Нет, нет, мне почудилось. Я сошла с ума.– Кто это был?Плечи Салли поникли, голова понуро опустилась. Она выглядела так, словно потерпела полное поражение. Она тихо прошептала:– Это был мой отец.– А! – Как будто даже облегченно воскликнул Джеймс. – Все встало на свои места. – Теперь ему была ясна полная картина – ему, но не остальным.– Твой отец? – в ужасе прошептала Ноэль. – Но, Салли, это же невозможно! Твой отец лежал на полу мертвый. Я его видела, я вставала на колени возле его тела, я его даже встряхнула. Это был он, я-то не могла ошибиться.Скотт махнул в сторону Салли своей трубкой и, укоризненно покачав головой, изрек:– Она совершенно спятила, моя жена еще более сумасшедшая, чем мы думали. Твой отец мертв, Салли, Ноэль права. Я тоже видел его мертвым. Не забывай, что нас там было двое.– Все в порядке, Салли, – вкрадчиво произнес Бидермейер. – Это всего лишь еще один симптом твоего заболевания. Надеюсь, теперь-то ты согласишься поехать со мной? Я могу позвонить адвокату мистера Сент-Джона, и он придет и позаботится, чтобы этот человек не засадил тебя в тюрьму.Квинлан решил на какое-то время просто махнуть рукой на весь этот поднявшийся шум и гам. Потом встал, подошел к Салли, взял ее руки в свои.– Молодчина, – сказал он, склонился над ней в поцеловал.– Ну ты, ублюдок! Это же моя жена! Как бы я к ней ни относился, она все еще моя жена. Квинлан снова поцеловал Салли.– Наконец все встает на свои места. – Он обернулся к Бидермейеру. – Теперь все сходится. Вы – специалист в области пластической хирургии, Норман. Должно быть, вы в этом деле большой мастер. Где же вы откопали мужчину, чье лицо переделали в лицо Эймори Сент-Джона?– Вы сами не знаете, что говорите. Убитый был Эймори Сент-Джоном. В этом никто не сомневается, да и с чего бы можно было усомниться? Не возникало никаких вопросов.– Не возникало потому, что не было поводов сомневаться. Ну, к примеру, с какой стати кто-нибудь будет проверять отпечатки пальцев, если жена покойного опознала тело, если его лицо выглядит точно так же, как на всех фотографиях на письменном столе. Хотя, честно говоря, меня несколько озадачило, что медэксперт не заметил шрамов от пластической операции. Должно быть, вы мастер своего дела, Норман.– Боже правый, значит, вы действительно это сделали, доктор Бидермейер? – взвился Скотт. – Вы с Эймори, как я вижу, хорошо продумали: сделать какому-то несчастному его лицо и потом его прикончить? А меня он собирался оставить на растерзание?! Проклятие, так оно и есть! Он считался бы мертвым, и во всем обвинили бы меня одного. А я не совершал этого, клянусь! Конечно, остается еще история с Салли... Но это было необходимо! Мы знали, что она прочла несколько коротких сообщений, которые я по ошибке оставил в дипломате. У нас не было выбора. Я был вынужден действовать заодно с Эймори.Тут уж Квинлан не выдержал и прервал поток этих излияний мощным ударом, на этот раз в челюсть. Он очень надеялся, что сломал ее.Скотт рухнул на пол, потеряв сознание. Бидермейер посмотрел на него сверху вниз.– Какое ничтожество! Но это уж не моя проблема. Ладно, Квинлан, оставьте ваши умозаключения. Все это чушь! Убитый – сам Эймори Сент-Джон, и покончим с этим. С меня достаточно. Я уезжаю. Мне жаль, Салли, я пытался тебе помочь, но теперь мне уже все равно.– Когда дьявол покинет ад, вот когда я поеду с вами, доктор Бидермейер.– Знаешь, Салли, тебе лучше подыскать другое сравнение. Я точно знаю, что дьявол рыщет по всему свету, а двое его подчиненных – здесь с нами. – Потом Квинлан повернулся к Бидермейеру. – Так, значит, отец Салли вам все еще платит. Что ж, это дает ответ на все оставшиеся у меня вопросы.– Я уезжаю, – повторил Бидермейер и направился к двери.Дверь открылась раньше, чем он взялся за ручку.– Не думаю, что вы хотите уехать прямо сейчас, – сказал Диллон, входя в комнату. Раздался голос Ноэль Сент-Джон:– Когда этот червяк очнется, я хочу добавить ему от себя. Нет, пожалуй, я даже не стану дожидаться. – Она подошла к Скотту и пнула его ногой в ребра. – Что же касается вас, – она повернулась к Бидермейеру, – если только мистер Квинлан даст мне резиновую дубинку, я вас изобью. Что вы творили с моей дочерью! Господи, да я готова вас убить!– Обещаю проследить, чтобы вы получили эту резиновую дубинку, Ноэль, – заверил Квинлан.– Я подам на вас в суд. Это не что иное, как жестокое обращение со стороны полиции, а еще и клевета! Только взгляните на бедного Скотта!Салли подошла и тоже пнула Скотта в ребра. Потом она вернулась в объятия матери. Глава 24 Диллон кивнул Квинлану и улыбнулся Салли. – Неплохо сработано. Квинлан большой мастер помогать людям вспоминать. – Он повернулся к доктору Бидермейеру. – Не думаю, что вы все еще надеетесь уехать. У меня масса друзей, которые прибудут как раз с минуты на минуту. И все они – специальные агенты, а это означает, что им ничего не стоит с пятидесяти ярдов отстрелить кончик вашего розового пальчика и заставить вас прокричать на весь свет все секреты, которые у вас были, начиная с двухлетнего возраста. Они – настоящие профессионалы, поэтому вам, доктор Бидермейер, лучше всего оставаться на месте и не делать резких движений. Ноэль внимательно посмотрела на Бидермейера.– Надеюсь, что ты сгниешь в самой глубокой яме, какую они только найдут для такого подонка, как ты. А теперь отвечай, паршивец, где мой муж? И кто был тот несчастный, которого вы оба убили?– Хороший вопрос, – заметил Квинлан. – Расскажите нам, Норман.Все произошло очень быстро. Бидермейер выхватил из кармана пальто маленький пистолет.– Ты, Квинлан, сукин сын, я ничего не обязан тебе рассказывать! Ты испортил мне всю жизнь! У меня нет больше ни дома, ни денег, ничего – и все из-за тебя, будь ты проклят! Господи, с каким бы удовольствием я тебя убил, но боюсь, что тогда мне вообще не будет покоя.С улицы донеслось хлопанье дверей нескольких автомобилей.– Слишком поздно скулить, Норман, – сказал Квинлан. – Сейчас вы отправитесь прямиком в кутузку. Можете считать, что мы заключаем сделку, которая позволит малость скостить вам срок: рассказывайте, где скрывается Эймори Сент-Джон. Рассказывайте, как звали того парня, лицо которого вы перекроили. Давайте-ка поведайте нам всю эту гнусную историю от начала до конца.– Иди к черту, Квинлан!– Надеюсь, это мне предстоит еще не скоро. Итак, человек, который до сих пор продолжает платить тебе за то, чтобы ты держал Салли под замком, – сам Эймори Сент-Джон. И не он ли последовал вслед за Салли в Коув, звонил ей, маячил ночью в окне ее спальни? А ты – ты тоже с ним был? Не вы ли двое стукнули нас с Салли по голове и утащили ее обратно, в ваш прекраснейший санаторий? Да, похоже на то. По телефону Салли звонил сам Эймори Сент-Джон, и в окошке она видела его собственную физиономию.– Это все ложь! – завизжал Бидермейер. – Я уезжаю. Ноэль, быстро ко мне! Сомневаюсь, что кто-то вздумает стрелять, пока ты со мной.– Должно быть, отец пришел в ярость, когда я застала его выходящим из этой комнаты. Он побоялся, что я разнесу эту новость по всему свету. Вот почему ему было нужно, чтобы вы держали меня в лечебнице.– Не говори глупостей, Салли, это просто нелепо, – возразил Бидермейер. – Ты же сумасшедшая, которая сбежала из психушки. Даже если бы ты поспешила выложить все копам, как только они появились в доме, тебе бы никто не поверил, ни единая душа.– Но в любом случае это вызвало бы массу вопросов, – заметил Квинлан. – Я бы, например, удивился и призадумался. Когда дело доходит до таких вещей, я становлюсь самым настоящим фэбээровским занудой, можете мне поверить. Я бы этого так не оставил. Салли права – и вам, и ее отцу было позарез необходимо запереть ее в лечебнице. Это удобный способ надолго, если не навсегда, убрать ее с дороги. К тому же Сент-Джон считал, что даже если Салли и не знает наверняка о его предательстве, то, по крайней мере, подозревает, что он не является верным гражданином своей страны.– Заткнись! Ноэль, подойди сюда или я пристрелю твою девчонку!– О какой сумме идет речь, а, Норман? Миллиона два? Больше? До меня только сейчас дошло, почему Салли была вам так отчаянно необходима. Она для вас – нечто вроде страхового полиса, верно? Имея ее, можно не беспокоиться, что Эймори Сент-Джон решит прикончить своего бывшего компаньона. Разумеется, он мог бы убить заодно и Салли, но это неизбежно вызвало бы массу вопросов. Нет, ему лучше было продолжать откупаться, пока не появится какая-нибудь светлая мысль, как избавиться от вас навсегда. Ну что, Норман, я в чем-нибудь не прав? Обожаю закрученные сюжеты, взятые из жизни! Никакой детективный роман не может тягаться с реальностью.Бидермейер махнул рукой с зажатым в ней пистолетом.– Пошли, Ноэль! За мной! На полу завозился Скотт. Он помотал головой, медленно сел, потом принялся потирать ребра.– Что здесь происходит? Что вы делаете, доктор Бидермейер?– Я уезжаю, Скотт. Если хочешь со мной, валяй. Мы забираем с собой Ноэль. Копы не рискнут стрелять – побоятся задеть ее. – Он наставил револьвер на Салли. – Пошли, Ноэль. Быстро!Ноэль медленно приблизилась к Бидермейеру. Он схватил ее за левую руку и плотно прижал к себе.– Мы просто выйдем через французское окно – медленно и спокойно. Медленно и спокойно, Ноэль. Знаешь, Скотт, пожалуй, тебе лучше остаться на месте. Ты мне никогда особенно не нравился, я всегда считал тебя жалкой тварью, без всякого положения в обществе. Да, оставайся здесь.– Вы поступаете не слишком разумно, Норман, – сказал Квинлан. – Поверьте, это плохая идея.– Заткнись, ублюдок!Бидермейер распахнул ногой стеклянную дверь и вытолкал Ноэль наружу. Квинлан не двинулся с места, он переглянулся с Диллоном и покачал головой. Тот пожал плечами:– Что ж, ты его предупредил, Квинлан. Послышались голоса, крики. Два раза выстрелили. Потом повисла мертвая тишина. Диллон выбежал во дворик.– Ноэль! – вскрикнула Салли и тоже выбежала через открытую дверь в патио. Она снова и снова повторяла имя матери. Все смотрели, как Ноэль, спотыкаясь, подошла к дочери. Женщины обнялись.– Люблю, когда все кончается хорошо, – вздохнул Квинлан.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


Загрузка...