А-П

П-Я

 - Без Автора - Почти всё о кофе 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Интересно, за кого она нас приняла?– Я бы не удивился, если бы она догадалась, что в машине – я.– Да ну, как это может быть?– Во мне снова заговорило чутье. Да, вероятно, она знает, в чем дело. Вот почему и мчится как угорелая. Смотри, Диллон, о Господи! Эй, поосторожнее, ты, козел! – Квинлан высунулся из окна и заорал на водителя. Потом повернулся к Диллону:– Черт бы побрал этих пенсильванских водил! Ну так как ты собираешься ее достать?– Давай просто висеть у нее на хвосте, пока не представится подходящая возможность.– Мне это не нравится, Диллон. О черт, мотоциклисты снова тут как тут, все четверо!Четверо мотоциклистов то расходились в потоке транспорта, то сходились вместе, когда появлялась возможность, потом рассредоточивались снова.Салли была довольна. Она чувствовала себя ловкой: надо же, обставила того придурка в «порше» и четверых рокеров, без колебаний ринулась в подвернувшуюся щель и справилась с этим без малейшего труда. Хорошо, что у нее не было времени задуматься об этом, иначе она бы, наверное, намочила штаны от страха. Салли усмехнулась и ощутила на зубах мощный напор встречного ветра. Однако она едет не в ту сторону.Она посмотрела на приближающийся дорожный знак: через полмили будет поворот на Мэйтлэнд-роуд. Она не знала, куда ведет Мэйтлэнд-роуд, но, насколько можно было судить, эта дорога поворачивала под шоссе назад, а значит, обратно на восток, Она перестроилась в правый ряд. Раздался гудок автомобиля, и Салли готова была поклясться, что почувствовала тепло машины, с ревом промчавшейся мимо нее. Никогда, подумала Салли, больше никогда в жизни она не сядет на мотоцикл! Хотя почему нет? Она же профи. Когда-то она в течение двух лет ездила на «хонде-350», точно такой же, как эта, начиная с шестнадцати лет.Когда она сказала отцу, что собирается переехать обратно домой, он отказался купить ей машину, как обещал раньше. Мотоцикл был для Салли как бы промежуточным вариантом. Она сэкономила деньги и купила красную «хонду» – отличную вещь! Она до сих пор помнила, как разъярился отец. Он запретил ей даже близко подходить к мотоциклу.Салли его проигнорировала. Он запретил ей отлучаться из дома. Салли это мало волновало – в любом случае она не хотела оставлять мать. Тогда отец просто перестал выступать по этому поводу. У нее закралось подозрение, что, возможно, он будет не против, если она разобьется на своем мотоцикле насмерть.Не сказать, чтобы это имело сейчас значение. Все равно отец отомстил. Ей больше не хотелось об этом думать.Салли свернула на Мэйтлэнд-роуд. Еще немного, и она будет мчаться обратно, в другом направлении, и на этот раз уже никто не будет ее преследовать. Дорога оказалась совершенно темной, нигде ни одного фонаря. Было ветрено. По обеим сторонам дороги тянулся высокий густой кустарник. И ни души. Салли показалось, что она чувствует запах собственного страха. Что же она натворила! Какого дьявола ей вздумалось свернуть с шоссе? Джеймс бы не стал этого делать. Она дура, полная идиотка, и ей придется за это заплатить.Все произошло так быстро, что у нее даже не было времени ни закричать, ни по-настоящему испугаться. Салли увидела слева от себя головного мотоциклиста. Он махал ей рукой, что-то кричал, но, что именно, она не могла разобрать. Салли резко рванула вправо, вылетела на полосу, посыпанную гравием, мотоцикл занесло, и он потерял управление. Она вылетела из седла, перелетела через мотоцикл и приземлилась на край двухрядной дороги – не на само дорожное полотно, а в придорожные кусты.У Салли было такое ощущение, словно ей на голову упал метеорит – взрыв боли и огненные круги в глазах, а потом ее окутала тьма – чернее, чем душа Эймори Сент-Джона.Квинлан отказывался верить тому, что только что увидел.– Господи, Диллон, она ранена! Быстрее, быстрее!«Порше» с визгом затормозил футах в шести от того места, где вокруг Салли стояли четверо мотоциклистов. Один из них – высокий, долговязый, коротко стриженный – склонился над Салли.– Ладно, ребята, теперь все назад, – распорядился Квинлан.Трое из четверых повернулись кругом и встретили дула двух направленных на них пистолетов.– Мы из ФБР. Чтобы через три секунды вас тут не было!– Подождите, не так быстро, – это был мотоциклист, который ехал впереди. Теперь он стоял возле Салли на коленях.– Что ты с ней делаешь?– Я – врач... Ну, может быть, еще не вполне профессиональный, но я стажер. Моя фамилия Симпсон. Я просто пытаюсь понять, насколько серьезно она пострадала.– Звучит несколько странно, если учесть, что именно ты столкнул ее с дороги.– Мы не заставляли ее съезжать, ее мотоцикл занесло. Если уж на то пошло, мы поехали за ней, потому что увидели, что вы ее преследуете. Эй, ребята, мы просто хотели ей помочь.– Я уже сказал, мы из ФБР, – повторил Квинлан, глядя на парня. – Послушай, она преступница. Крупная мошенница! С ней будет все в порядке? Можешь сказать, сломано у нее что-нибудь или нет? Диллон, последи за этими молодчиками. – Квинлан опустился на колени. – Можно снять с нее шлем?– Нет, дайте лучше я. Наверное, нам тоже стоит носить шлемы. Если бы на ней его не было, у нее могло случиться сотрясение мозга, и еще не факт, что мозги вообще остались бы внутри черепа. Вы в самом деле из ФБР? И она правда преступница?– Разумеется. Что ты делаешь? А, проверяешь, не сломаны ли руки. Молитесь, чтобы с ней было все в порядке, или мне придется сровнять вас с землей. Вы перепугали ее до полусмерти. Да, она типичный представитель вашей криминальной породы. Почему она все еще без сознания?В этот момент Салли застонала и открыла глаза. Темнота. Она услышала голоса, много мужских голосов. Потом услышала голос Джеймса.– Нет, – прошептала Салли, – нет, это невозможно, чтобы ты меня поймал. Я не думала, что это можешь быть ты. Боже, я опять ошиблась.Джеймс низко склонился над ней и проговорил в дюйме от ее носа:– Да, все в порядке, я снова тебя поймал. И это был последний раз, когда я собираюсь это делать. А теперь успокойся и лежи тихо.– Я и не думал, что она может быть преступницей, – удивленно пробормотал Симпсон. – Она выглядит такой же милой и невинной, как моя младшая сестренка.– Да, нам понадобилось много времени, чтобы ее схватить. Мы не знали, что она раздобыла мотоцикл. Шесть часов назад она ехала в машине... Ну, что Салли, как ты? Все в порядке? Что-нибудь болит? Ничего ведь не сломано, правда? Потом Джеймс обратился к Симпсону:– Можно теперь снять с нее шлем?– Хорошо, но давайте сделаем это очень осторожно.Как только шлем сняли, Салли вздохнула с облегчением.– Голова болит, – сказала она. – И больше ничего, кроме плеча. Оно у меня сломано?Мотоциклист очень осторожно ощупал плечо.– Нет, даже не вывихнуто. Наверное, вы на него приземлились, так что некоторое время оно будет ныть. По-моему, вам нужно отправиться в больницу и убедиться, что нет никаких внутренних повреждений.– Нет. Я хочу сесть на мотоцикл и убраться отсюда. Мне нужно уехать от этого человека. Он меня предал.– Предал? Что вы имеете в виду?– Он охмурил меня и завоевал мое доверие. Однажды ночью я даже спала с ним, но это было в Орегоне. А потом ему хватило наглости сообщить, что он мне лгал и что на самом деле он агент ФБР. Но это он мне рассказал уже здесь, не в Орегоне.– Ты уверен, что у нее нет сотрясения мозга? – с сомнением спросил Диллон у мотоциклиста, подталкивая его немного ближе.– Она рассуждает на редкость здраво, – ответил Квинлан. – Если не можешь добавить ничего более разумного, Диллон, то будь добр, просто помолчи. – Квинлан коснулся руки Симпсона. – Спасибо за помощь. Теперь вы четверо можете быть свободны.– Можно мне посмотреть ваши служебные удостоверения?Квинлан рассмеялся сквозь зубы.– Несомненно. Диллон, покажи человеку наши удостоверения еще разок. Он недостаточно хорошо рассмотрел их с первого раза.Мотоциклист внимательно изучил документы, потом удовлетворенно кивнул и снова перевел взгляд на Салли, которая теперь приподнялась, опираясь на локоть.– Все еще не могу поверить, что она мошенница.– Видел бы ты ее бабушку! Эдакая престарелая снежная королева, она – главарь шайки фальшивомонетчиков, своего мужа держит в полном подчинении. Короче говоря, старуха – просто ужас, и эта молодая леди собирается стать в точности такой же.Как только мотоциклисты с ревом умчались, Квинлан сказал Салли:– Сейчас мы собираемся отвезти тебя в больницу.– Нет!– Не будь дурочкой. У тебя могут быть повреждены внутренние органы.– Если ты силой доставишь меня в больницу, я объявлю во всеуслышание, кто ты и кто я.– Нет, ты этого не сделаешь!– Можешь проверить.Квинлан понимал, что она его шантажирует, но если Салли сделает так, как грозилась, то пострадает только она сама. И он ей верил.– Как вы себя чувствуете, Салли?– Диллон? Так. это вы сидели за рулем «порше»? А Джеймс был рядом с вами и говорил, что делать. Мне следовало бы догадаться. Хотя слабое подозрение на этот счет у меня все-таки было.– Да, – согласился Диллон, недоумевая, почему ей не приходит в голову придать хоть какое-то значение ему самому. – Позвольте, я вам помогу. В куртке Квинлана вы смотритесь не так уж плохо. Она немного длинновата, но в остальном превосходно вам подходит. Любой, кто водит мотоцикл так, как вы, определенно должен иметь самые широкие на свете плечи.– Как вы меня нашли? О Боже, голова! – Салли покачала головой и зажмурилась. – Просто небольшая головная боль. Плечо немного побаливает, но это все. Никакой больницы.Квинлан не мог смотреть, как она пошатывается из стороны в сторону, в его куртке, порванной на одном плече, и блузке с оторванными пуговицами.– Ты не носишь бюстгальтер.Салли опустила глаза на распахнутую блузку. Соединить обе полы вместе было практически невозможно, поэтому она просто застегнула куртку Джеймса.– Когда Диллон отправился в магазин и накупил мне все эти милые, но бесполезные штучки на три размера меньше, чем нужно, он привез мне еще и тренировочный бюстгальтер, который я даже не смогла на себе застегнуть.– Что ж, я не знал вашего размера. Прошу прощения, что не справился с заданием. Салли пнула его ногой в голень.– Черт побери! Я вовсе не это имел в виду, – буркнул Диллон; потирая ушибленную ногу. – Я подумаю кое о чем и сообщу позже.– Лучше не стоит.Квинлан взял ее за руку и осторожно притянул к себе.– Все в порядке, Салли, теперь все хорошо. – Он привлек ее ближе. – Ты уверена, что не хочешь показаться врачу?– Никаких врачей. Я ненавижу врачей! Да, это он вполне мог понять. Он не стал обращать ее внимание на то, что врач и психиатр не одно и то же. Честно говоря, в эту минуту Квинлан вообще сомневался, что Бидермейер был врачом. Он сказал, обращаясь к Диллону:– Знаешь, когда будет время, наведи кое-какие справки о Бидермейере. Я начинаю подозревать, что он просто отъявленный жулик. – Потом повернулся к Салли. – Ладно. Но тебе нужно отдохнуть. Давай найдем место, где можно переночевать.– Как ты меня нашел?– Мы чуть-чуть разминулись с тобой у Харрисонов. Так же, как и в доме твоей матери. Мы вычислили, что ты должна быть такой же уставшей, как мы сами, поэтому стали обзванивать все окрестные мотели. Тебе предстоит еще много чего выучить насчет побегов, Салли.Тут она поняла, что проиграла, действительно проиграла. А для них все оказалось так просто! Если бы они не выследили ее на шоссе, Джеймс просто явился бы в ее номер в мотеле. Легко, очень легко. Она просто жалкая неудачница. Салли опустила взгляд на свою мертвую «хонду-350» с искореженным корпусом и порванной задней шиной.– Мотоцикл разбит. Я его только что купила. Только начала к нему привыкать.– Все нормально. Это не важно, – Как это не важно! На этот мотоцикл ушли почти все мои деньги!– Поскольку это были мои триста долларов, я согласен их просто списать.Все повернулось с ног на голову. Абсолютно все вышло не так, как нужно. Салли сунула руку в кармин куртки и достала пистолет. Она ткнула его дуло прямо в нижние ребра Квинлана. Глава 19 – О Господи, только не начинай все снова, Салли, – простонал Джеймс, стараясь тем не менее не шевелиться.– Она что, снова направила на тебя твой пистолет, Квинлан?– Да, но не обращай внимания, все в порядке. Думаю, с прошлого раза Салли все-таки кое-чему научилась.– Все кончилось, Салли. Давай, радость моя, убери пушку. И, что бы ты ни делала, помни о том, что спусковой крючок очень чувствителен. Черт возьми, наверное, когда я в следующий раз попаду в Куантико, стоит слегка отрегулировать пистолет. Фактически ты могла бы просто сунуть его обратно в мою кобуру, когда мы будем в машине. Буду очень признателен. Кобура у меня под мышкой пустует с тех самых пор, как ты украла мой пистолет. От этого я чувствую себя наполовину раздетым.– Я не хочу в тебя стрелять, Джеймс, но мне действительно нужно от тебя избавиться. Ты меня на самом деле предал. Сам знаешь, я не могу тебе доверять. Прошу тебя, Джеймс, дай мне уйти.– Нет, никогда, даже и не думай. Ты можешь мне доверять. Честно говоря, меня выводит из себя то, что ты вообще способна в этом усомниться. Выслушай меня, Салли, ты сейчас со мной, и все это кончено. Неужели ты скорее доверилась бы матери или ее родителям? О да, твоя милая бабушка – это нечто особенное!– Нет, я никому из них не доверяю. Ну, может быть, я верю Ноэль, но она сейчас пребывает в растерянности и не знает, что и думать – то ли я сумасшедшая, то ли нет. Готова поспорить, все они позвонили Бидермейеру, даже Ноэль. Но она если и звонила, то не для того, чтобы вернуть меня в лечебницу, а для того, чтобы получить от него ответы на кое-какие вопросы. Постой, ты считаешь, что Бидермейер может ей повредить?Квинлан не думал, что «доктор» станет причинять вред ее матери, если только от этого не будет зависеть спасение его собственной шкуры. Скоро так и будет, но еще не сейчас. Однако он сказал:– Не знаю. Если Бидермейер почует угрозу, он способен сделать все что угодно, а сейчас он, вероятно, ее уже почуял, поскольку мы выкрали тебя из лечебницы. Кстати, знаешь, чтобы спасти тебя, я даже бросал собакам мясо.Салли уставилась на него в темноте:– Каким еще собакам? Ответил Диллон:– В лечебнице на нас бросились два сторожевых пса. Чтобы они не вцепились в наши глотки, Джеймс кинул им по куску мяса. Одна из собак подпрыгивала, пытаясь схватить его за щиколотку, когда он перетаскивал вас через забор.Несмотря на кромешную тьму, Салли все же различила тени и следы усталости, которые залегли на лице Джеймса.– Ладно, – проговорила она наконец, чувствуя, что все равно не сможет долго продержать этот пистолет, потому что плечо болело так, что не передать словами. – Дерьмо.– Именно эта мысль вертится у нас с Джеймсом в течение последних шести часов. Ну же, Салли, отдайте оружие! Квинлан полон решимости вам помочь. Он настроен вас защищать. Дайте же ему возможность проявить собственнические наклонности. Мне еще не приходилось видеть его таким, я получаю настоящее наслаждение.Ладно, ребята, пора нам убираться отсюда. Того И гляди, появится какая-нибудь машина, и водитель либо остановится полюбопытствовать, либо – еще того хуже – вызовет местных копов.Об этом Квинлан даже не подумал. Он быстро подхватил Салли на руки и отнес ее в «порше».– Не считай себя суперменом, – произнесла Салли самым горьким голосом, какой ему только доводилось слышать, – подумаешь, короткая прогулка протяженностью шесть футов. Такое расстояние меня сможет пронести любой дурак.– Это все мой пистолет. – Квинлан наклонился и легонько коснулся губами ее уха. – Он страшно тяжелый.Посадив ее на колени, он устроился на пассажирском сиденье «порше» и протянул руку за пистолетом.Салли посмотрела на него долгим-долгим взглядом.– Ты правда испытываешь по отношению ко мне собственнические чувства?– Ты украла мои деньги, мои кредитные карточки, мою машину и фотографии племянниц и всяких родственников. Я должен был тебя поймать, чтобы получить все это хозяйство обратно.– Ублюдок! – Она отдала ему пистолет.– Да, я такой, – сказал Квинлан. – Спасибо, Салли. Никогда больше не пытайся от меня сбежать, ладно? – попросил он, забрасывая пистолет на заднее сиденье.– Не знаю.– Ладно, я не буду ставить тебя перед выбором. Я лучше прикую тебя к себе наручниками. Как ты на это смотришь?Салли ничего не ответила, опустив голову ему на плечо. Ей тяжело и больно, понял Квинлан, а он ее еще и поддразнивает!– Отдохни, – сказал он, потом повернулся к Диллону. – Как насчет того, чтобы найти для нас хороший мотель?– Противоречивая постановка задачи. Кто будет платить, ты или ФБР?– Черт, я же теперь богач, мои кредитные карточки снова со мной. Так и быть, я плачу – но за исключением твоего номера, Диллон.– Завтра мы купим тебе одежду подходящего размера.Салли стояла посреди просторного гостиничного номера и осматривалась. В комнате был уголок отдыха с мягкой мебелью, телевизор и королевских размеров кровать.Она обернулась к Джеймсу.– Пришло время расплачиваться? Он слегка наклонил голову набок.– Что ты имеешь в виду?Салли кивнула в сторону кровати.– Я так понимаю, что должна спать с тобой в этой постели?– Я как раз собирался спросить, не выберешь ли ты диван? Мне-то он коротковат.Бросив на Джеймса озадаченный взгляд, Салли побрела в ванную. Уже уходя, она спросила через плечо:– Я тебя не понимаю. Почему ты на меня не злишься? Почему не кричишь? Я не привыкла к нормальным, разумным людям, особенно к разумным мужчинам. А посмотреть на тебя – ты выглядишь, как многострадальный Иов.На щеке у нее начал выступать синяк. Джеймс подумал, как же должно выглядеть ее плечо.– Я бы на тебя разозлился, если бы не увидел, как ты вылетаешь со своего мотоцикла. Из-за этого твоего трюка у меня появились седые волосы.– Я ничего не могла поделать. Попался скользкий участок.– Иди-ка Салли, прими хороший душ. Он должен помочь твоим синякам и болячкам.Через пять минут в дверь, соединяющую их номер со смежным, постучали. Квинлан открыл. – Входи. Она в душе.Диллон держал в руках объемистый пакет из «Бургер Кинг» и контейнер с тремя большими бутылками безалкогольных напитков.– Ну и кутерьма! По крайней мере она, похоже, больше не собирается удирать. Я и не знал, что ты обладаешь таким шармом.– Поболтайся поблизости, может, еще и не то узнаешь.– Какого черта мы собираемся делать, Квинлан? Мы должны позвонить Брэммеру, нам же даже неизвестно, как продвигается расследование.– Мне только что пришло в голову, что впереди – уик-энд. Сейчас ночь пятницы, или, точнее сказать, субботнее утро. Можно считать, что у нас выходной. У нас есть время до понедельника, прежде чем мы снова станем примерными сотрудниками, верно я говорю?Диллон откинулся на спинку дивана, закрыв глаза.– Брэммер сварит наши яйца на завтрак.– Ничего подобного. Он бы их точно поотрывал, если бы мы потеряли Салли. Но этого не произошло, так что теперь все будет отлично.– Не могу разделить твоего безбрежного оптимизма, – вздохнул Диллон. Услышав, что Салли выключила душ, он открыл глаза и сел прямо. – Чего у них только нет в ванной – пакетики шампуня, какие-то кондиционеры и еще всякая ерунда.– Твоя позиция?В ванной загудел фен.– Никакой позиции, серьезно. Давай поедим. – Диллон откусил большой кусок бургера и добавил с полным ртом:– У меня стресс. Мне нужно снять напряжение физической нагрузкой. Слава Богу, завтра суббота, боюсь только, что спортзал будет переполнен.Было около трех часов утра. Темно и тихо. Джеймс знал, что она до сих пор не спит. Это сводило его с ума. В конце концов он не выдержал и спросил:– Салли! В чем дело? Что-то не так?– Что-то не так?! – Она вдруг начала хохотать. – Ты толстокож, как носорог. И ты еще спрашиваешь, что-то не так?– Ну хорошо, ты права, по все равно тебе необходимо поспать. Так же, как и мне. Я не могу уснуть, пока ты не спишь.– Чушь какая. Я же не издала ни звука.– Знаю, именно это и сводит меня с ума. Я понимаю, что ты напугана до смерти, но, если помнишь, я обещал тебя защитить и разобраться со всей этой чертовщиной. Ты же знаешь – без тебя я не смогу этого сделать.– Джеймс, я же уже говорила, что ничего не помню из той ночи. Ни единого момента. У меня в голове какие-то смутные звуки и образы, но ничего определенного. Я не знаю, кто убил отца. Может быть, даже когда я была там, он еще не был убит. Или, с другой стороны, я могла застрелить его сама. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я его ненавидела. Ноэль поклялась мне, что она его не убивала. Есть еще что-то, но у нее не было времени мне рассказать, то есть, если она вообще собиралась мне рассказывать.– Ты знаешь, что была в доме, когда его застрелили. И ты отлично знаешь, что не убивала его. Но к этому вопросу мы вернемся позже.– Я думала, мама не рассказывает всей правды из-за того, что знает, что убила его все-таки я. Она пытается меня защитить, а не наоборот.– Нет, ты в него не стреляла. Может быть, она промолчала, потому что у нее и впрямь не было времени: вскоре объявились мы с Диллоном. Или дело в том, что она пытается прикрыть кого-то еще. Мы все выясним, можешь мне поверить. Ноэль заявила и полиции, и нам, что ее весь вечер не было дома: она ходила в кино. Одна.– Что ж, а мне она сказала, что была со Скоттом. Это означает, что у нее есть свидетель, который может подтвердить, что она не убивала отца.– Со Скоттом? С твоим мужем?– Не пытайся острить. Ты знаешь, что он мой муж, но пробудет им еще очень недолго.– Ну хорошо. Мы обо всем позаботимся. А сейчас уже поздно, нам нужно хотя бы немного поспать. Я хотел только добавить, Салли, что ты молодец. Это была отличная гонка. Когда я случайно увидел, как ты отъезжаешь от мотеля на мотоцикле, у меня просто челюсть отпала. Было очень изобретательно с твоей стороны бросить автомобиль и купить мотоцикл. Ты застала нас врасплох.– Да, но в конечном счете это оказалось не важно, правда?– Верно, слава Богу, мы с Диллоном – мастера своего дела. А кроме того, удачливы, как собаки, вырвавшиеся на свободу на консервной фабрике. Куда ты направлялась?– В Бар-Харбор. Дедушка дал мне триста долларов – все, что было у него в бумажнике. Когда я пересчитала, то чуть не расхохоталась.– Ты шутишь? Ровно триста долларов?!– Тютелька в тютельку!– Твои предки мне не особенно понравились. Горничная проводила нас в этот неофициальный кабинет. Старики смотрели какое-то шоу, типа «Магазина на диване». Должен признаться, что меня это удивило: мистер Франклин Оглви Харрисон и его жена смотрят эту плебейскую передачу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


Загрузка...