А-П

П-Я

 

Об этом свидетельствуют многие их произведения.
С клинической точки зрения существует другой подход к психоделическим переживаниям, согласно которому различают два совершенно разных состояния во время действия психоделических наркотиков:
1. Экстатическо-трансцендентальная реакция.
2. Паническая реакция, близкая к психозу.
Эстетическо-транцендентальная реакция возникает вскоре после приема психоделического наркотика. В благоприятных условиях человек становится веселым и разговорчивым. Возникшая в начале эйфория усиливается и определяется как радость, блаженство, покой или полное удовлетворение.
У некоторых лиц возникает ощущение, что их мысли и идеи преисполнены глубочайшего смысла, возникает чувство безграничной веры в свою личность, в жизнь и реальность. Хотя выражения «иллюминация», «психоделическое переживание», «трансцендентальное переживание» неточно отражают сущность этого явления и не всегда правильно используются, но для всех и так ясно, что речь идет о чем-то весьма необычном.
Близкая к психозу паническая реакция характеризуется спутанностью сознания и тревогой, возникающими вскоре после приема наркотика. Часто проявляются физиологические нарушения, помрачение рассудка, искажения зрительного восприятия, галлюцинации. Чувство тревоги чаще всего является следствие состояния «бэд трип» (кошмарное путешествие). У некоторых людей страх может усилиться до степени паники, у них возникает ощущение утраты контроля над физиологическими процессами, над мыслями и эмоциями.
И, наконец, третий подход к психоделическому переживанию. Скорее всего, он в наибольшей степени соответствует современным научным представлениям и научной интерпретации этого явления, и, кроме того, принимает во внимание наибольшее количество фактов, которые можно объяснить с психологической точки зрения и использовать для анализа искусства, прежде всего, живописи.
Во время психоделического «трипа» можно почувствовать серьезные нарушения различной интенсивности в физиологической сфере. Они могут касаться величины, формы, веса тела и других физиологических характеристик Иногда людям, находящимся под воздействием психоделических наркотиков, кажется, что они превращаются в животных и даже в неодушевленные материальные объекты.
Наконец им может казаться, что тело уменьшилось до размеров элементарных частиц или разрослось до размеров галактики. Известны также случаи, когда в психоделическом трансе люди переживают впечатления исчезновения собственного тела, сопровождающееся чувством существования чистого духа. Это состояние называется «соматической деперсонализацией».
Известно также так называемое внутреннее осознание физиологических функций, при котором человек чувствует, как его кровь течет через сердце и по кровеносным сосудам, контролирует сигналы нервной системы и деятельности мозга.
У людей, находящихся под воздействием психоделических наркотиков, возникают очень необычные впечатления, когда они смотрят в зеркало. Отражение в зеркале может быть определено физическим состоянием, психическим настроем или просто мыслями. Этот образ очень чутко реагирует на действия субъекта или других лиц, и поэтому зеркало может стать психотерапевтическим инструментом.
У человека, смотрящегося в зеркало, могут возникать самые разные мысли, он может быть в этот момент спокойным, чем-то расстроенным, злым, веселым, грустным и т. д. И хотя стороннему наблюдателю кажется, что ничего особенного не происходит, субъект наблюдает, как на лице, отраженном в зеркале; вырисовываются мысли.
Люди, охваченные религиозным чувством вины, или отождествляющие себя с демонами, могут увидеть дьявола или демона, глядящего на них в зеркала. Без малейшего усилия человек может видеть, будто зеркало отражает все его внутренние страхи, желания и убеждения.
В психоделическом состоянии в зрительном восприятии преобладают образы или видения. Образная экспрессия подсознания протекает неравномерно, а отдельные фрагменты как бы не имеют между собой никакой мысленной или логической связи.
На первый взгляд, пейзажи просто восхищают, все купается в разноцветном сиянии, но как бы не хватает внутренней цельности. Образы хаотично, как в калейдоскопе, сменяют друг друга, как будто пьяный сценограф собрал декорации разных спектаклей из разных исторических эпох. Каждый предмет или часть образа в отдельности имеет какое-то значение, но все вместе они не имеют смысла, логика образов и событий отсутствует напрочь, правда, это совершенно не мешает человеку, находящемуся под воздействием психоделиков. Его «Я» представлено фрагментно, и поэтому объединить впечатления в единое целое он не в состоянии.
Внимание человека сосредоточено на всех чувствах одновременно, и синтетические и селективные функции «Я» ничуть ему не мешают. В течение всего психоделического «путешествия» он является лишь восхищецным наблюдателем, притом на всех уровнях одновременно.
В результате изменения состояния сознания под действием психоделических наркотиков человек воспринимает обычные события с новой точки зрения. Более богатое восприятие, сопровождающееся периодической деформацией очертаний и фантастической игрой красок, придает предметам новые, до сих пор неизвестные измерения, вызывающие удивление и восхищение.
По мнению Мастерса и Хьюстона, человек под действием галлюциногенных наркотиков может в течение периода психоделических переживаний пройти через четыре области или уровня сознания.

Чувственный уровень

Человек, который принял наркотик, обладающий галлюциногенными свойствами, уже в самом начале переживает совершенно необычные чувственные впечатления. Меняются представления о собственной личности. Становится невозможно определить свое место во времени и пространстве. Человек поражен грандиозностью пространства, которое охватывает его измененное восприятие.
Даже с закрытыми глазами человек видит множество живых эйдетических образов, необычайно красочных и загадочно детализированных. Если человек попытается сохранить привычные представления о времени и логике, то есть если он попробует подражать мифическому Прокрусту и вместит это психоделическое наводнение в рамки, установленные до приема наркотика, то он может пережить очень неприятные минуты.
Результатом усилий сохранить нормальную ориентацию, как правило, является ощущение хаоса и дезориентации. В такие моменты совершенно необходим опытный наставник, который должен внушить лицу, находящемуся в психоделическом трансе, чтобы он все свое внимание сконцентрировал на усилении цветовой гаммы и восприятии новых очертаний хорошо знакомых предметов и объектов.
На чувственном уровне психоделического состояния человек вступает в первый контакт с «психоделическим сознанием». Богатство неведомых прежде возможностей восприятия может привести к распаду или к временному прекращению деятельности психических механизмов, которые играют роль сдерживающих факторов некоторых процессов, происходящих в подсознании.
Э. Хэйвлок однажды назвал психоделические переживания «зрительными оргиями». Иногда психоделическое сознание может появляться внезапно. Цвета неожиданно становятся необыкновенно яркими и выразительными, контуры предметов воспринимаются отчетливо, как никогда раньше, пространственные измерения искажены.
Когда вхождения в психоделическое состояние происходит постепенно, вначале можно увидеть пульсирующий и вибрирующий воздух, а также крохотные, причудливо изогнутые и искрящиеся частички света, которые кружатся везде, на мгновение застывают в воздухе, снова начинают кружиться и наконец исчезают.
Эти явления, прежде чем они начнут складываться в образы, более легкие для восприятия, – напоминающие движения частиц света, – могут сопровождаться многими другими явлениями, например, уменьшением или увеличением размеров объектов, их исчезновением, выравниванием их очертаний или распадом части, которые начинают кружиться, растворяются в воздухе, пульсируют, увеличиваются и съеживаются.
Наиболее ярким воспоминанием для человека, пережившего психоделическое «путешествие», остаются так называемые эйдетические образы, ранее запечатленные в мозгу или составляющие часть филогенетического наследия – «генетическая память», – которые проникают в сознание во время психоделического сеанса. Эти образы можно видеть и с закрытыми глазами, как будто в зеркале или на киноэкране. Эйдетические образы почти всегда отличаются богатством красок, воспринимаемых как очень яркие, сверкающие, светящиеся и ненатуральные, которые по своей красоте превышают все, что человек видел до этого времени.
Часто на «психоделическом экране» появляются образы людей, животных, архитектурные объекты, пейзажи. В фантастическом действе принимают участие персонажи легенд, мифов и сказок. Старые замки, святыни, исторические события и исторические личности – все это человек видит, как на ладони.
Так как на этом уровне сознания образы не имеют большого значения для личности, предполагается, что они создаются из элементов многих забытых образов. Подсознательные процессы, с помощью которых забытые воспоминания могут складываться в новом сочетании, до сих пор не находят научного обоснования. Предполагается, что эти образы имеют то же происхождение, что и образы снов, а также гипноза.
Этот эффект измененного зрительного восприятия называется «эстетическим образом», который, благодаря своей природе, отличается от смысловых и функциональных образов, возникающих на более глубоких уровнях психоделического состояния…

Аналитический уровень

После того, как личность проведет некоторое время в области чувств, характеризующейся измененным восприятием, она постепенно переходит в следующую психоделическую стадию, в которой преобладают самосозерцательные и самоаналитические моменты.
Проблемы личности, в особенности вопросы межличностных отношений и жизненных целей, подвергаются самому тщательному и глубокому анализу. Важные факты, относящиеся к прошлому, появляются в сознании и могут переживаться повторно, обогащаясь дополнительными эмоциями. Углубленное самопознание, обусловленное дополнительной предварительно проанализированной информацией, может сопровождаться эйдетическими образами, давно забытыми или иллюстрирующими возникающие новые идеи.
Располагая таким богатым материалом, личность становится способна выявить и сформулировать множество проблем, с которыми ей приходится сталкиваться.

Символический уровень

При правильной ориентации личность может пережить на этом уровне состояние глубокого самопознания, а также достичь высокого уровня самотрансформации. Эйдетические образы приобретают еще большее значение. На этом уровне можно пережить ощущение причастности к эволюционным и историческим процесса, – почувствовать себя персонажем мифов и легенд, пройти обряд эзотерического посвящения и принять участие в других ритуальных обрядах.

Интегральный уровень

Только очень немногие люди могут достичь под действием психоделических наркотиков интегрального уровня, на котором они способны пережить психологическую интеграцию личности и духовное озарение, а также чувство фундаментального позитивного самопреображения. На этом уровне возникновение идей, образов и чувств объединяется в единый абсолютно цельный процесс, достигающий своей кульминации в ощущении абсолютного познания себя, самотрансформации и даже мистического единения с основами бытия.
Все чувства человека в этом состоянии обострены. Образ, возникающий на чувственном уровне, как неприятный и гротескный, может обрести положительные качества. После такого переживания у человека долго не возникает потребности в повторении психоделического эксперимента.
Учитывая данные, которые мы имеем о психоделических наркотиках, нас не должен удивлять тот факт, что многие творческие люди, которым не удалось сказать новое слово в искусстве, используя традиционные средства и свою душевную энергию, пытаются найти новый смысл искусства с помощью наркотических веществ.
Психоделические наркотики вызывают сильнейшие зрительные ощущения, представляющие интерес, прежде всего, для тех, кто занимается визуальными видами искусства. Художников психоделические наркотики интересуют по нескольким причинам: могут ли психоделики повысить творческий потенциал и обогатить воображение новыми образами, а также каким образом они влияют на способность воплощения замысла на холсте или на бумаге.
Многие художники начинают экспериментировать с несколькими наркотиками, получая благодаря этому некоторый опыт. Наркотиками также интересуются отдельные личности, не обладающие особым талантом в надежде, что наркотик может дать то, чего им не хватает.
Количество людей искусства, пробовавших психоделические наркотики, весьма велико, а их опыт является весьма важным. На основе их впечатлений можно сделать определенные выводы, правда, очень часто они являются противоречивыми, касающиеся влияния психоделиков на изобразительное искусство. Но мы не будем делать широких обобщений.
Подавляющее большинство художников сходится во мнении, что употребление психоделических наркотиков неблагоприятно влияет на творчество. К подобным выводам пришли также ученые, основываясь на данных экспериментов, проводимых с участием художников. Например, Фридман доказал, что истинная сущность психоделического переживания затрудняет любое преднамеренное действие, так как психоделически в значительной степени уменьшают эффективность интеграционных и синтетических функций мозга.
В психоделическом состоянии внимание человека концентрируется на незначительных деталях, которым в нормальных условиях он не придает значения. Искажения формы изображенных объектов и нестандартная трактовка образов привлекают внимание и вызывают интерес зрителя, но далеко не всегда они представляют собой подлинное искусство. Первичное восприятие и отображение природы вещей убеждает все-таки больше, чем изображение действительности, разделенной на части. И, наконец, значимость художественного произведения не зависит исключительно от богатства восприятия. Весьма важны способности воплощения его в художественную форму. А именно эта способность в психоделическом состоянии значительно снижается.
Большинство художников не создают свои произведения непосредственно под воздействием психоделических наркотиков, а делают это после окончания наркотического сеанса, опираясь на творческие навыки, выработанные ранее. Хотя во время психоделического «трипа» духовная жизнь весьма оживлена, но координация и мотивация творческого процесса искажены и нарушены. Может быть, эти факты помогут ответить на вопрос, способствуют ли наркотики эффективности творчества.
Картина, созданная во время «путешествия», прежде всего, имеет значение с психологической точки зрения, в то время, как ее эстетическая ценность невысока, так как в этом состоянии художник использует упрощенную технику. Такое творчество можно использовать, в основном, в диагностических и научных целях, так как оно представляет собой оживленный в памяти подлинный материал личного и коллективного сознания. Суть этих образов может быть полезной для психологического анализа и более широких научных исследований.
Картина, написанная на основе воспоминаний о пережитых психоделических впечатлениях, представляет собой большую ценность. Она отображает сущность психоделического опыта или какую-то характерную деталь, но уже творчески обработанную личность художника. Такую картину следует рассматривать, прежде всего, с эстетической точки зрения, а только после этого подвергать ее психологическому анализу. Художественный и психологический аспекты этого произведения находятся в равновесии.
Во время психоделического сеанса художник чувствует, что его подход и отношение к живописи подвергалось изменению, а творческие возможности увеличились. Но это ощущение сохраняется, только пока длится психоделическое «путешествие». Позже, в нормальном состоянии, собственные произведения куда меньше нравятся автору, он видит в них смысловые, технические и эстетические недостатки.
Картины, нарисованные под действием психоделиков, часто сравнивают с произведениями сюрреалистов, так как, на первый взгляд, можно предположить, что у них общие корни. Это утверждение не лишено смысла. Оба этих направления искусства интересуются глубинами человеческой души и, все больше приближаясь к обратной стороне рационализма, демонстрируют, что открытый иррационализм и парадокс могут содержать в себе зерно не менее глубокого смысла, которому под силу примирить такие очевидные противоположности, как жизнь и смерть, реальность и фантазия, прошлое и будущее.
Но хотя с психологической точки зрения оба эти направления преследуют одни и те же художественные цели, главное различие между ними заключается в уровнях сознания, которых достигают художники.
Сюрреалисты стараются отодвинуть сознание как можно дальше, оставляя за собой след трагедии, но все-таки они не могут шагнуть далеко по ту сторону отодвинутого сознания. Их границы проходят по краю области помешательства, ночных кошмаров и магии, но почти никому из сюрреалистов не удалось создать новой, прекрасной, художественной формы, которая внесла бы свой вклад в искусство и пробудила интерес психологов.
Особую роль в творчестве сюрреалистов играют также эйдетические образы. Об этом свидетельствуют пронизанные неземным светом изображения прекрасных классических храмов и фантастические пейзажи. Но они являются более статичными по сравнению с их психоделическими копиями, движущимися и вибрирующими.
Поэтому глупо было бы ожидать, что наркотик сделает из бесталанного человека творца. Наркотик ничего не создает сам по себе – ни хорошего, ни плохого. Он только помогает обнаружить то, что человек носит в себе, поэтому он часто может быть весьма опасен, становясь пресловутой «палкой о двух концах». Личность духовно убогая, находящаяся в состоянии конфронтации со своим истинным «Я», не желающая смириться с истинным положением вещей, задевающим ее эгоизм и вымышленный собственный образ, может впасть в глубокую депрессию. В этом случае наркотик никак не сможет придать личности творческий импульс, но может выступить в роли своего рода психотерапевтического инструмента.
Внутри личности наркотик ничего не может ни исправить, ни испортить. Человек творческий, испытав на себе действие психоделиков, испытывает полную гамму впечатлений, которые могут повлиять на то, что в дальнейшем он будет рисовать, – нечто иное и не так, как раньше. Человек, лишенный творческих идей, почувствует внутри себя еще более глубокую пустоту.
Но наркотик также может быть опасен и для талантливых художников, так как он способен быстро исчерпать творческий потенциал личности. Кроме того, подсознательные образы часто выходят на поверхность в не совсем оформленном виде, несоответствующем художественной экспрессии. Наркотики могут на определенный период сделать духовную жизнь богаче, но они одновременно ее же и укорачивают. Даже когда наркотик помогает человеку, за него приходится платить слишком высокую цену. История свидетельствует, что художники, которые часто принимали наркотики, именно в эти периоды меньше всего творили.
Один из художников объясняет это явление так «Для творческого человека психоделический образ является исключительным способом, чтобы постичь собственное подсознание и чтобы другие могли его увидеть. Но часто оно может показаться настолько уродливым, что даже не хочется, чтобы оно оставило какой-то след. Кроме того, если даже я во время „трипа“ познаю блаженство и наблюдаю прекрасные сцены, то лично мне вполне этого хватает, и я чувствую потребность запечатлеть все это на холсте. Чтобы создать материальный образ, необходимо приложить усилие, которое мне далеко не всегда хочется прилагать. Совсем другое дело с наркотиками. Достаточно принять одну дозу ЛСД, лечь и расслабиться, и образы скоро начинают появляться сами по себе».
Исходя из этого высказывания, можно предположить, что художник постепенно утрачивает способность к творчеству. Подсознательные образы всплывают на поверхность, но остаются только его собственностью, которой он не хочет ни с кем делиться.
Все еще трудно сказать, может ли психоделическое переживание помочь развернуться новым формам творческой экспрессии и является ли психоделическое искусство гениальным творческим новшеством или всего лишь эксцентричным экспериментом. Пока что можно предположить и то, и другое.
Психоделическое переживание может представлять интерес для психологии и психиатрии, а также для других родственных им наук, так как оно рождается в труднодоступной глубине человеческой души, но для искусства оно имеет куда меньшее значение, так как является спонтанным и глубоко личностным актом.

Новое лекарство от наркомании

На фармакологическом рынке США и Голландии появилось новое лекарство под названием «ибогаин». Существуют серьезные основания полагать, что оно способно освобождать человека от наркотической зависимости, а также от других видов лекарственного привыкания и вредных привычек.
Этот препарат выделен из корней западно-африканского кустарника Тabemanthe iboga, давно используемого в обрядах посвящения юношей в мужчины племени Митсого в Габоне. Это вещество вызывает сильное изменение состояния сознания, длящееся не менее сорока восьми часов.
В 1986 г. семеро американских наркоманов, узнав о необычном веществе, решили испробовать его действие на себе. Пятеро из них с удивлением заметили, что у них исчезла потребность в употреблении наркотиков, по крайней мере, на некоторое время. Остальные двое членов группы утверждали, что не собираются прекращать употребление героина, потому что им нравится быть «под кайфом».
В восьмидесятых годах одна бельгийская фармакологическая фирма выпустила лекарство в капсулах, названное «ибогаин», и стала распространять его среди голландских наркоманов. В Голландии действуют достаточно мягкие законы, контролирующие употребление наркотиков. В исследованиях способности ибогаина излечивать человека от наркотической зависимости приняли участие шестьдесят человек, из них пятьдесят были голландскими наркоманами, которым не помогли обычные методы лечения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45


Загрузка...